Война на два фронта

4 апреля президент РФ В. Путин подписал знаковый Указ о переподчинении Росархива от Министерства культуры непосредственно главе государства. Теперь архивное ведомство стоит в одном ряду с Министерством обороны, МЧС, МВД, МИДом и еще четырьмя важнейшими для поддержания - и удержания - государственной власти ведомствами.

Не прошло и двух недель, как глава Следственного комитета РФ А. Бастрыкин, в своей статье в журнале «Коммерсант-Власть», предложил считать экстремизмом те публичные заявления, которые связаны с фальсификацией истории страны. В частности, к экстремизму, как он считает, должно приравниваться отрицание итогов референдума в Крыму.

Ещё в 2008 г. в журнале «Конкуренция и рынок» была опубликована моя статья «История как фактор глобальной конкуренции». Главный вывод из приведённой в ней аргументации: «Искажения истории, с последующей деградацией культуры, по степени воздействия является аналогом, по своей неотвратимости и эффективности, оружия массового поражения. Причём оружием имеющем перед ОМП преимущества в виде скрытности в применении и последствиям для противника».

Доказывалось, что с публикацией первой официальной версии концепции русской истории Карамзина, фамилия которого была прикрытием её настоящих иностранных авторов, Россия получила механизм воспроизводства катастрофических социально-экономических кризисов. Он может быть разрушен только одним путём – убрать из обычного школьного учебника истории все нагромождения лжи, намеренных искажений и фальсификации. И это касается не только XX в. но и всей истории, как российской, так и мировой.

Появление в 2009 году «Комиссии при Президенте Российской Федерации по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России» показало, что власть вступила в процесс осознания важности решения этой проблемы. Только доверять историю историкам, которые, начиная с выхода труда Карамзина, выполняют, осознано и неосознанно, западный заказ - было нельзя.

Понимая это, в указанной статье говорилось: «К сожалению, поколения российских ученых-историков хорошо усвоили уроки того, что тема происхождения и развития славянства, его государственности, а также история древней Руси и России вплоть до XVIII века, слишком опасна до настоящего времени, чтобы на ней строить карьеру и материальное благополучие.. Поэтому необходимо незамедлительное и беспристрастное расследование нашей истории..Это должно стать сферой интересов государства, а в сложившейся с историей России ситуацией – это прерогатива уже не историков, а органов государственной безопасности. Историю необходимо подвергнуть тотальной ревизии, на предмет соответствия фактов источникам, а исторических документов и свидетельств – на их подлинность. Сделать это потому, что существующая антиистория закладывает на подсознательный уровень не только большинства населения, но и российской элиты, психологию нации «проигравшей в мировой конкуренции».

Наиболее  яркий пример, подтверждающий вышесказанное.  В 1847 г. иезуиты приговорили профессора Варшавского университета Ф. Воланского к сожжению на костре, сложенном из его книг. Ему не простили научных исследований по истории славян в Западной Европе.

Пора поставить действенный заслон информационной войне

Это название статьи А. Бастрыкина. Вот, что он пишет: «Последнее десятилетие Россия, да и ряд других стран, живут в условиях так называемой гибридной войны, развязанной США и их союзниками. Эта война ведется по разным направлениям — политическому, экономическому, информационному, а также правовому. Причем в последние годы она перешла в качественно новую фазу открытого противостояния.

Основными элементами экономического воздействия стали торговые и финансовые санкции, демпинговые войны на рынке углеводородов, а также валютные войны..

К сожалению, инструментами этой войны все чаще становятся международное право и основанная на нем юстиция..

Основной прием информационной войны — это манипулирование близкой для определенной социальной группы идеологией посредством ее радикализации.

Подрыв идеологического фундамента СССР, в основу которого был положен принцип братства народов, также был инициирован извне и строился на приемах национальной розни..

Пора поставить действенный заслон этой информационной войне. Нужен жесткий, адекватный и симметричный ответ. Особенно это актуально в условиях предстоящих выборов и возможных рисков активизации дестабилизирующих политическую обстановку сил. Хватит уже играть в лжедемократию, следуя псевдолиберальным ценностям. Ведь демократия или народовластие — это не что иное, как власть самого народа, реализуемая в его же интересах. Достижение таких интересов возможно только посредством всеобщего блага, а не абсолютной свободы и произвола отдельных представителей общества..

Важно создание концепции идеологической политики государства. Базовым ее элементом могла бы стать национальная идея, которая по-настоящему сплотила бы единый многонациональный российский народ..

Сознательная устойчивость к радикальной религиозной и иной идеологии подобного рода могла бы выбить фундамент, на котором строятся современные экстремистские идеологии. При наличии такой защиты даже самое щедрое финансирование дестабилизации обстановки в России извне окажется бесполезным..

Необходимо решительно пресекать и целенаправленную фальсификацию истории нашего государства. В связи с этим.. дополнить диспозицию ст. 280 УК РФ (публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности) квалифицирующим признаком, предполагающим призывы к экстремистской деятельности, если они сопряжены с фальсификацией сведений об исторических фактах и событиях..».

Столь кардинальное прозрение на самых высших эшелонов власти можно только приветствовать, испытывая горечь от  того, что на это прозрение ушло слишком много времени. Ведь ещё совсем недавно национальная идея считалась детским баловством, не стоящим внимания уважающих себя взрослых во власти. И такая позиция сформировалась не на пустом месте.

Парадоксальным образом в условиях фронтальной идеологической борьбы еще во второй половине 1950 - начале 1960-х годов была выдвинута теория деидеологизации, или «конца идеологии». Однако, как показали последующие процессы, идеология отнюдь не исчезла и продолжала играть ключевую роль в политической жизни как отдельно взятых стран, так и мирового сообщества в целом.

Концепция деидеологизации была связана с идеями и теориями постиндустриального общества и конвергенции социализма и капитализма. Процессы экономического и технологического развития, как предполагалось, должны были толкать обе системы в одном и том же эволюционном направлении: Советский Союз будет в растущей степени опираться на рыночные механизмы, тогда как западный мир обратится к планированию. Соответственно, мир должен двигаться к системе, в которой будут реализованы положительные стороны, как капитализма, так и социализма.

В России концепция деидеологизации закреплена в действующей Конституции, статьёй 13 п.2,: «..никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной». Производит сугубо положительное впечатление на гражданина, которого СМИ пичкают толерантностью и плюрализмом. Беда в том, что ни один негодяй, который заведомо хочет причинить  вам вред, не будет об этом заявлять открыто. Он всегда будет скрывать свои гнусные намерения за дымовой завесой красивых и правильных слов о своей озабоченности вашей судьбой.

Государственная идеология – облечённое в доступную форму видение нашего будущего, набор морально-нравственных правил и жизненных ценностей. Её отсутствие – это не сформированность целей и задач развития. Значит, застой и отсутствие движения в развитии, что мы и наблюдаем последние десятилетия.

Таким образом, в России конституционно закреплён принцип, который является тормозом для реформирования и модернизации страны. И это вполне понятно, если изучить  историю создания и принятия Основного закона страны, яркого примера инструмента холодной войны из «международного права и основанной на нем юстиции».

Враг использовал в полной мере время, которое потребовалось нашей власти для осознания важности идеологии в своей давно ведущейся, но не объявленной войне против России.

Холодная война началась не с созданием Советского Союза – первые модели раздела России в том виде, в каком они существуют и сегодня, относятся к временам Первой мировой войны. И она не закончилась в 1989 году на Мальте, на саммите Горбачев-Буш.

Продолжение следует.