USD 73.98₽
EUR 80.54₽

Ухабы шелкового пути

25 февраля 2016

Журнал «Конкуренция и рынок» февраль 2016  № 7 (74)

22 февраля 2016 г. в отеле «Амбассадор» (Санкт-Петербург) состоялся круглый стол «Концепция российско-китайского взаимодействия в рамках проекта «Экономический пояс шелкового пути» на примере Северо-Западного региона РФ», организованного Санкт-Петербургским региональным информационно-аналитическим центром РИСИ.

О проблемах создания транспортного коридора из Китая в Западную Европу было рассказано в обстоятельных докладах научных сотрудников СПбРИАЦ РИСИ А. Рыжовой, к. э. н., М. Алхименкова и экспертов В.А. Андреева и А. Травина.

Подробное выступление А. Рыжовой читайте в февральском номере журнала «Конкуренция и рынок».

Несколько неожиданным было выступление на круглом столе Р. Красавцева, к. и. н. о результативности переговоров чиновников Смольного с китайскими делегациями об инвестициях в петербургские проекты. Из-за разности в менталитетах переговорщики за последние 10 лет не достигли ощутимых результатов. Создается впечатление, что петербургские чиновники, заинтересованные в иностранных инвестициях, плохо представляют экономические интересы китайцев. Это настолько ощутимо, что даже вызывает раздражение.

Представляется, все переговоры с китайскими делегациями будут контрпродуктивными, если в составе российской группы не будет профессиональных переводчиков и специалистов-востоковедов.

«Архимедов рычаг», который способен перевернуть весь мир

Анна РЫЖОВА, снс РИАЦ, к. э. н., доцент СПбГЭУ

Пока Европа погрязла в проблемах с мигрантами, США готовится к выборам, Россия озабочена ситуацией в Сирии, Китай семимильными шагами идет к своей цели – к построению экономического моста на самом большом континенте мира.

Если экономические мосты будут проложены и их безопасность не будет вызывать вопросов, то единство Евразии станет близким к реальности. Такой «новый континент» с населением в 3 млрд человек, то есть свыше 40 % населения Земли, будет обладать астрономическим потенциалом роста. С учетом, что формирование нового пространства будет происходить с опорой на огромные экономические ресурсы КНР, а, как известно, у кого деньги, тот и правит балом, то есть основания предположить, что вся Евразия от Китая, Центральной Азии до Восточной и Западной Европы попадет под мягкий «экономический» контроль Китая. Европейские страны и США вынуждены будут потесниться и уступить главенствующую роль в экономике «азиатским тиграм» во главе с Китаем.

Неужели Европа, США и Россия так просто сдадут позиции и не попытаются перехватить инициативу или воспрепятствовать построению порядка по китайским правилам? Или данный проект выгоден всем игрокам современной экономической системы? Давайте разберемся.

Кто волен решать судьбу целого континента

Проекты «Экономический пояс Шелкового пути» (ЭПШП) и «Морской Шелковый путь для XXI века», выдвинутые Председателем КНР Си Цзиньпином в 2013 г., быстро превращаются в стержень новой геоэкономической стратегии Китая. Уже создана специальная организационная структура в составе Правительства КНР. Проект предусматривает солидную финансовую базу в форме Фонда «Шелковый путь» ($ 50 млрд) и Азиатского банка инфраструктурных инвестиций ($ 100 млрд). Китай заявил, что готов вложить в проект «Один пояс – один путь» до $ 900 млрд – это деньги, которые будут предоставлены в виде проектного финансирования и кредитов странам-участницам. На сегодняшний день выдано уже порядка $ 70 млрд кредитов под проект. Эксперты называют такую экономическую политику мягкой агрессией.

Ежедневно заголовки прессы пестрят новостями о новых достижениях Китая. Вот некоторые последние. «Китай и Алжир подписали соглашение на сумму $ 3,3 млрд по строительству и управлению крупнейшего в Алжире морского порта Черчелл». «Китай готов принять участие в разработке нового Суэцкого канала». «Китай получил 2 тыс. акров земли для развития пакистанского порта Гвадар».

Внушительными являются не только размеры будущих инвестиций, но и зона охвата этого проекта.

В сухопутной части Нового шелкового пути предполагается строительство 3 железнодорожных коридоров. Северный коридор пройдет из Западного Китая через Казахстан в Россию, в Оренбург, и далее – к Санкт-Петербургу и Балтийскому морю, через Белоруссию и далее через Варшаву – к Берлину.

Главное направление Нового шелкового пути через Среднюю Азию пройдет по китайской территории от Тихоокеанского побережья до Синьцзян-Уйгурского автономного района. Далее путь идет через Казахстан, Узбекистан, Туркменистан, Иран, Ирак, Сирию и Турцию, а оттуда и в Европу – через Болгарию, Румынию, Чехию и в Германию.

Морской путь, как и сухопутный, пройдет по древнему торговому маршруту: из Гуанчжоу в Китае, вдоль берегов Вьетнама, Таиланда, Малайзии, Сингапура и Индонезии, мимо Индии в Красное море с ответвлениями в Персидский залив и в Африку и через Суэцкий канал в Средиземноморье.

Транспортные артерии давно стали целью экономических войн и веским аргументом в любом из политических споров. Тот, кто контролирует транспортную систему, держит в своих руках рычаги управления экономикой, а значит, волен решать судьбу целого государства. Особенно актуально это звучит в эпоху глобального передела сфер влияния.

Китай: прорыв в отношениях с Европой

2016 год открылся новым крупным геоэкономическим событием. Уполномоченные представители стран ЕС готовы обсудить вопрос придания Китаю статуса рыночной экономики. Окончательное решение будет принято летом 2016 г. Если это произойдет, ворота европейского рынка распахнутся для китайских товаров, серьезно потеснив позиции американских, турецких и других конкурентов. Китай сможет снизить зависимость от американского рынка и усилить влияние в Европе в ущерб влиянию США. Американцы уже выступили категорически против данных шагов ЕС.

В 2014 г. объем торговли между Китаем и странами ЕС составил $ 614 млрд, при этом импорт китайских товаров в ЕС – $ 330 млрд, а к 2020 г. китайские власти намерены довести объемы торговли до $ 1 трлн.

Американские СМИ заявили, что ЕС пошел по скользкой дорожке усиления взаимодействия с Китаем, а его действия нанесут серьезный удар по созданию торговой зоны Евроатлантического партнерства.

Почему этот проект так необходим Китаю

Для обеспечения экономического роста Китаю с населением более миллиарда человек нужны ресурсы (энергетические, запасы питьевой воды) и новые рынки сбыта.

Контроль над сухопутными маршрутами Шелкового пути обеспечивает энергетическую безопасность Китая. На данный момент крупнейший импортер энергоресурсов в мире, Китай, полностью зависит от морских поставок, а значит, постоянно находится в опасности применения «нефтяного эмбарго» на море. Эту тактику использовали США против островной Японии в преддверии войны.

Новые инфраструктурные проекты в рамках реализации проекта – выгодное вложение инвестиций с высокой долей окупаемости и значительной долгосрочной выгодой – это создание новых рабочих мест в Китае. Китайские государственные строительные и железнодорожные компании смогут расширить их и без того бурно растущий бизнес за счет сотрудничества со странами Центральной Азии и Европы. Китайцы охотно берутся строить инфраструктуру даже в слабо развитых и нестабильных странах Африки – так, планируется строительство железной дороги в Восточной Африке по территории Кении, Уганды, Руанды, Бурунди и Южного Судана. Тем более Китай заинтересован в строительстве железных дорог в соседних с ним странах, в выстраивании насколько возможно интегрированной с внутрикитайской железнодорожной сети.

Шелковый путь, который пройдет через Западный Китай, сможет решить проблемы неравномерного развития Китая и способствовать экономической и, что не менее важно, культурной интеграции западных регионов.

Этот проект позволит КНР защитить инвестиции в стратегически важных регионах. Ведь именно от политической и экономической стабильности стран Центральной и Юго-Восточной Азии зависит безопасность ряда приграничных регионов КНР, а также его торговли.

Торговые пункты, контролируемые китайскими госкорпорациями, могут быть использованы как в коммерческих, так и в антитеррористических целях. Наиболее ярким примером двойного использования китайских логистических предприятий является происшествие в Коломбо (Шри-Ланка), когда в начале ноября 2014 г. китайская подводная лодка остановилась на дозаправку в одном из портов города. Кроме того, уже на протяжении нескольких лет в СМИ появляются сообщения о том, что Китай ведет переговоры о создании целой сети военных баз в Индийском океане, о так называемой концепции «Жемчужная нить».

Чем усиление Китая угрожает интересам России

Благодаря Китаю у нас сформировался позитивный образ данного проекта, но реально позитивных моментов для России не так много. После распада СССР мы ушли из Центральной Азии и решали внутренние проблемы. Тогда КНР взял инициативу в свои руки и предпринял первую попытку интеграции через Шанхайскую организацию сотрудничества. ШОС был бы монополистом в регионе, если бы не образование Евразийского экономического союза, которое показало, что Россия имеет волю и стратегические планы в отношении Центральной Азии. Сегодня ШОС и ЕАЭС являются единственными проектами в Центральной Азии, причем у второго больше перспектив для развития, поэтому Китай идет на переговоры.

Республики Центральной Азии на протяжении длительного времени входили в состав Российской империи, а позднее – Советского Союза, что обусловило значительные экономико-производственные и культурные связи республик. В настоящее время Россия участвует в центральноазиатской «гидроэлектрической революции», развивает военное сотрудничество в регионе.

По негласной договоренности с Китаем Россия взяла на себя роль политического лидера в республиках Центральной Азии. А Китай – роль лидера в экономическом сотрудничестве. Однако Китай благодаря мощным экономическим ресурсам все больше втягивает страны Центральной Азии в орбиту своего влияния. Россия уже несколько лет проигрывает Китаю экономическую конкуренцию на пространстве Центральной Азии. Товарооборот России со странами Центральной Азии в 2014 г. составил $ 27,8 млрд, а Китая – $ 46 млрд. Российские инвестиции в регион в 2013–2014 гг. составили $ 15 млрд, китайские инвестиции только в Казахстан в 2014 г. превысили $ 30 млрд.

Несмотря на многочисленные заявления об обратном, конкуренции между двумя проектами, инициаторами которых выступают Пекин и Москва, не избежать. Весь вопрос заключается в том, чтобы эта конкуренция не превратилась в конфронтацию, и все спорные вопросы решались бы на основе разумного взаимного компромисса.

Пока Россия лишь транзитер

Пресса полна радостными возгласами о том, как реализация Китаем стратегии ЭПШП приведет к значительному прорыву в российско-китайских торгово-экономических отношениях. Давайте посмотрим на текущую ситуацию в торговле с Китаем и выясним, есть ли реальные предпосылки для кардинального улучшения ситуации.

Основными продуктами, поставляемыми в Китай из России, являются энергоносители (в первую очередь – нефть и продукты ее переработки – 71,23 %), а также древесина, металлы и руда. Доля несырьевых товаров на сегодняшний день составляет немногим больше 10 % от общего объема экспорта РФ. Единственным сектором, в котором Россия поставляет товары с добавленной стоимостью, кроме оружия, является сектор химии и нефтехимии (2,6 %): пластмассы, резиновые изделия, удобрения, каучук. Доля машин и оборудования пока составляет незначительную часть в совокупном российском экспорте (около 1,2 %).

Сфера высоких технологий гражданского назначения также не демонстрирует успехов: за последние несколько лет Россия осуществила только одну продажу стартапа YotaPhone на сумму около $ 100 млн (0,15 % от товарооборота в 2015 г.), продажи других стартапов или высокотехнологичной продукции со стороны России зафиксировано не было.

Препятствием для расширения российского экспорта остается высокая конкуренция на китайском рынке, который самостоятельно производит многие образцы высокотехнологичной продукции, а в таких отраслях, как кораблестроение, создание бытовой техники, солнечных батарей, смартфонов и других, лидирует в мире.

Более того, статистика показала серьезное падение импорта в Китай. В 2015 г. он сократился на 13 %, а торговля России с Китаем сократилась почти на треть, составив $ 64 млрд.

Тактика: не мытьем, так катаньем

По территории России планируют северо-западное направление Шелкового пути в сторону Польши, Германии и Нидерландов. Однако маршрут «Казань – Москва – Петербург…» на Шелковом пути еще находится на стадии обсуждения.

В последнее время пресса запестрила заголовками, что Китай прокладывает шелковый путь в обход России, а Россия осталась на обочине проекта.

Южные маршруты Шелкового пути ведут в Турцию, поэтому не стоит удивляться, что никто из союзников России по ОДКБ или ЕАЭС не осудил уничтожение российского бомбардировщика турецкими истребителями в небе над Сирией.

Само наличие этой идеи и пропагандистские акции позволяют воздействовать на тарифную систему «северного потока», проходящего через Россию. Разыгрывая противоречия между различными странами, заинтересованными в проекте, в будущем наличие «южного потока» даже в самом зачаточном состоянии позволит Китаю влиять на стоимость перевозок и получить различные льготные условия на северном участке. Каждый контейнер по южной трассе будет лишать Россию выгоды от перевозки 10 контейнеров по собственной территории.

Причем статистика РЖД дает нам рост перевозок китайских грузов через Транссибирскую магистраль. Рост показателя за год – на 98 % (на 66 тыс. контейнеров TEU). С 2009 г. общий объем перевозок всех грузов по Транссибирской магистрали вырос в 7 раз – до 131 тыс. контейнеров TEU (20-футовые контейнеры). По сути дела речь идет о взрывном росте перевозок по Транссибирской магистрали.

Собственными силами РЖД, убытки которой в 2014 г. составили 100 млрд руб., вряд ли будет способна реализовать подобный проект. На субсидирование государства в условиях кризиса и военных операций рассчитывать не приходится. В этих условиях планы китайской стороны получить 100 % или близкую к этому значению долю в проектах с Россией выглядят осуществимыми при оказании нужного психологического давления на российское руководство, в частности, через начало создания южной трассы в обход Москвы. В создании такой ситуации в значительной мере повлиял разрыв с Турцией, которая является ключевым регионом для доставки китайских грузов в страны Восточной Европы сухопутным путем.

Еще одной проблемой северного «шелкового пути» через Россию является хаос на российских таможнях и транспортных пунктах. Конкуренты российских перевозчиков по южному маршруту, без сомнения, попытаются предложить китайской стороне лучшие условия работы.

Сегодня проблема российского транзита заключается не в крахе инициативы на территории России, а в возможности потери практически 100 %-ой монополии на сухопутный маршрут в перспективе ближайших 2–3 лет.

Как Китай отвоевывает у России Центральную Азию

Китайцы стремятся в первую очередь экономическим путем усилить свое влияние и присутствие в Центральной Азии – будь то Киргизия, Таджикистан, Казахстан, Туркмения или Узбекистан. Они везде с большими затратами осуществляют свою экономическую стратегию: строят дороги, нефте- и газопроводы, оказывают финансовую помощь, содействие в подготовке национальных кадров, подминают под себя местный рынок, стремятся, чтобы ШОС отвечала китайским национальным интересам. Многие страны ЦА уже должны Китаю баснословные суммы, например, долг Таджикистана оценивается в $ 1 млрд.

Элиты стран ЦА рассматривают китайский вектор, учитывая растущий потенциал КНР, как один из важнейших – он дает возможность получения внешних инвестиций, кредитов, строительства инфраструктуры, развития торговли, реализации энергетических проектов.

При этом надо учитывать, что просто так китайцы деньги в долг не дают. Они требуют участия в финансируемых проектах («принцип совместного строительства и совместного использования») или не прочь получить долю в месторождениях. Надо учитывать, что на постсоветском пространстве сосредоточены значительные запасы газа, нефти, золота, никеля и остальных цветных металлов.

«Использовать варваров»

По мнению профессора Российского университета дружбы народов Ю.В. Тавровского, основными формами стратегического противодействия реализации китайского проекта могут стать дальнейшая дестабилизация в Афганистане, расширение зоны действия отрядов Исламского государства на ЦА и цветные революции в ряде стран этого региона. К локальным вызовам можно отнести активизацию террористических ячеек в китайском Синьцзяне, в странах ЦА и в перспективе даже в тех районах России, по которым пройдут маршруты Нового шелкового пути. По существу американцы готовятся использовать старинную китайскую стратагему «Использовать одних варваров для борьбы с другими варварами».

Тревогу вызывают сообщения о боевых столкновениях на южной границе Туркмении и в таджикском Горном Бадахшане с подразделениями ИГИЛ, наличие в отрядах этой террористической организации добровольцев из Синьцзяна и стран ЦА, которые уже начали возвращаться домой для продолжения борьбы в знакомых им условиях. Вербовочная деятельность экстремистов ведется также в России, Казахстане, Узбекистане, Киргизии, Туркмении и Китае.

В Турции, через которую проходит часть маршрута, сейчас происходят события, исход которых предсказать не может никто. Там повысился уровень террористической опасности, курдский вопрос снова на повестке дня, отношения с ИГИЛ находятся где-то между формальным порицанием и неофициальным сотрудничеством, действуют российские санкции, наблюдается наплыв беженцев, а экономика переживает не лучшие времена.

Армения и Азербайджан находятся в затяжном конфликте из-за Нагорного Карабаха и других территорий, ввиду чего Азербайджан не хочет прокладывать свою часть пути через Армению, что было бы короче. У Таджикистана периодически возникают перестрелки с Киргизией.

Проблемы наследования власти в Астане и Ташкенте, перманентная нестабильность в Киргизии и Таджикистане создают благоприятную обстановку для подготовки цветных революций при помощи активно действующих в этих государствах НПО, которые связаны с американскими структурами.

В настоящее время, если экономический мост между Европой и Азией все-таки будет проложен, Россия будет играть роль лишь провода для потока китайских товаров и трубой для перекачки сырья в Китай. Поэтому в первую очередь мы должны заняться разработкой собственных конкурентных технологий, чтобы развертывать сотрудничество с Китаем на базе интеллектуальных продуктов. Необходимо строить экономику, основанную на знаниях, а для этого нужно начать со школ и университетов, с масштабных вложений в естественные науки, математику и физику, в фундаментальные исследования, в человеческий капитал и научно-техническую базу. Нужно сделать задачей государственной важности сохранение и развитие научного потенциала страны. Иначе России будет нечего противопоставить в грандиозном экономическом поединке.

Полностью материал читайте в журнале «Конкуренция и рынок» февраль 2016  № 7 (74)

 

Популярные