USD 73.98₽
EUR 80.54₽

Навстречу столетию ФСБ России

Журнал "Конкуренция и Рынок" № 5 (78) 2016

В трех предыдущих номерах журнала «Конкуренция и рынок» были опубликованы материалы любопытной дискуссии, посвященной приближающемуся столетию ФСБ России. В ней в качестве постоянных участников выступали: ректор Санкт-Петербургской Восточной Академии, д. ф. н., к. и. н., профессор Андрей Вассоевич, председатель правления Санкт-Петербургской общественной организации «Агентство безопасности», полковник ФСБ в отставке Владимир Егерев. Член Союза писателей России Евгений Лукин, возглавлявший в 1990-е гг. пресс-службу Петербургского управления ФСБ России; генерал-майор юстиции Михаил Милушкин, в недавнем прошлом заместитель начальника УФСБ России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, начальник Следственной службы. К ним потом присоединился полковник ФСБ в отставке Ким Голубков. На этот раза обсуждению будет подвергнут период с 1921 по 1923 г., и поэтому состоявшаяся дискуссия вполне могла бы быть названа либо «От Кронштадтского восстания к НЭПу», либо «От ВЧК к ОГПУ».

А.Л. Вассоевич: В целом ряде книг, которые публиковались еще в советское время, можно найти достоверную информацию о том, что творилось в наших краях в ХХ в. В руках у меня подарок д. и. н., профессора А.В. Островского, который, к сожалению, ушел из жизни 19 февраля 2015 г. Читаю дарственную надпись: «Андрею Леонидовичу о его любимых героях. 08.05.08. Островский».

В.В. Егерев: Андрей Леонидович, Вы все-таки должны сказать, что это за книга о Ваших любимых героях.

А.Л. Вассоевич: Это альманах «Из глубины времен», № 13 за 2005 г. В нем на самых последних страницах мы можем прочитать интереснейшую статью В.Н. Фролова ««Лига убийц» и ее руководитель Магомет-Бек Хатжетлаше. Новые материалы».

Е.В. Лукин: Название статьи, действительно, интригующее. Уверен, что те из читателей журнала «Конкуренция и рынок», которые являются поклонниками творчества Алексея Толстого, при упоминании имени Хаджетлаше, конечно же, вспомнят замечательный роман «Эмигранты», где Хаджетлаше является главным отрицательным героем.
М.Ю. Милушкин: Кстати сказать, ведь реальный прототип героя-убийцы из романа Алексея Толстого задолго до совершения своих знаменитых заграничных преступлений Петроградской чрезвычайной комиссией задерживался, но по не вполне ясной причине оказался освобожден. Очевидно, какие-то очень влиятельные силы и в тот раз вмешались в работу ПетроЧК.

А.Л. Вассоевич: Михаил Юрьевич, я хочу сказать, что публикация, любезно предоставленная мне покойным А.В. Островским, как раз и проливает свет на те силы, без вмешательства которых Хаджетлаше уж никак не мог быть освобожден и выехать за границу.

В.В. Егерев: В таком случае, наверное, будет правильно познакомить с этими материалами и наших читателей.

Е.В. Лукин: Совершенно с Вами согласен, Владимир Васильевич, но, думаю, что перед тем как зачитывать пусть важные для истории ВЧК, но достаточно сухие документы, имело бы смысл воспроизвести хотя бы небольшой отрывок из романа А. Толстого «Эмигранты», чтобы напомнить всем об описанных там событиях. Как член Союза писателей России я, к сожалению, вынужден констатировать, что, по крайней мере, молодым людям прежние классики советской литературы сегодня уже почти неизвестна.

А.Л. Вассоевич: Евгений Валентинович, сделать нам это проще простого, так как у нас есть соответствующий том собрания сочинений А. Толстого, в котором опубликован роман «Эмигранты». И можно как раз дать фрагмент этого документального романа, например леденящее душу описание пыток Леви Левицкого:
«— Мерзавец! Товарищ большевик! Ты приговорен Лигой спасения Российской империи… Сволочь, жид! Повесить… твою мать!
Он качнулся, точно падая, ударил его в лицо, но Леви Левицкий втянул голову, и кулак стукнул ему о череп. Биттенбиндер, отстраняя Извольского:
— Это ему что! Пытать его…
Извольский — тяжелым дыханием поднимая и опуская плечи:
— Излишне… Повесить и — в озеро.
Леви Левицкий глядел на Хаджет Лаше, чувствуя, что это — главное. Лаше подошел, — он был в туго перепоясанной малиновой кавказской рубахе.
— Ты в руках грозной организации, голубчик… Тебе не уйти… Но можешь смягчить свою учесть, ты понял меня?
Извольский, — топнув, резко:
— Смягчить? Не согласен…
Лаше всем телом повернулся к нему, Извольский опустил глаза… Лаше опять:
— Ты понял, голубчик? Так вот: где ключ от твоего сейфа?
Леви Левицкий облизнул губы.
— Где ключ от сейфа? — повторил Лаше. — И сообщить подробно, сколько вывез бриллиантов, валюты… Подай чековую книжку… Ну, что же ты молчишь?
Все четверо глядели на Леви Левицкого так, будто изо рта его сейчас посыплются золотые червонцы. Но он, полузакрыв веки, ноздри его трепетали, — ненависть, выношенная десятками еврейских поколений в гетто, каменное упрямство, ненависть и упрямство, более жгучие, чем страх смерти, высушили его горло, — в ответ он только проворчал невнятное…»

А.Л. Вассоевич: Ну, здесь, я бы предложил прерваться, потому, что сцена убийства Леви Левицкого, описанная Алексеем Толстым на основании материалов стокгольмского судебного заседания, конечно же, не для слабонервных читателей.

М.Ю. Милушкин: Я думаю, что отрывок из романа, созданного А. Толстым на документальной основе, уже дал всем правильное представление о том чудовищном ожесточении, в которое могут впадать люди в период великих социальных потрясений. И вместе с тем фрагмент затрагивает и очень серьезную тему вывоза ценностей и капиталов за пределы России.

А.Л. Вассоевич: Михаил Юрьевич, не могу не подивиться Вашему предвидению, но документы, которые мне стали известны благодаря книге, подаренной А.В. Островским, касаются также проблемы вывоза золота и валюты из Советской России.

А.Л. Вассоевич: Передо мной документ, адресованный Председателю Совета Комиссаров Северной областной Коммуны тов. Зиновьеву. Отправителем является «Первая издательская коллегия — Союз Пропаганды Анархических идей», а датируется документ 15 сентября 1918 г. Разрешите мне теперь зачитать текст этого «Заявления»:
«17.8 товарищ наш, член Первой Издательской Коллегии Магомет-Бек Хаджетлаше был арестован в помещении Военной цензуры по Театральной ул., д. № 1. При осмотре представленных им книг для вывоза в одном из чемоданов у него были обнаружены деньги в иностранной бумажной валюте, частью золотом и несколько золотых вещей.
На просьбу товарища нашего переговорить предварительно с комиссаром Цензуры ему в этом решительно отказано.

В состоявшемся по этому случаю экстренном заседании Первой Издательской Коллегии в присутствии ее членов было решено просить Чрезвычайную следственную комиссию в лице Председателя Коммуны тов. Зиновьева возвратить указанную сумму по принадлежности, так как она полностью принадлежит СОЮЗУ пропаганды анархических идей и предназначалась на определенные цели.

Первая Издательская Коллегия считает необходимым довести до сведения, что конфискация этой суммы является огромным, непоправимым ущербом для целей СОЮЗА и отсрочивает на неопределенное время давно выработанный план, осуществление которого было возложено на тов. Магомет-Бека.
Освобождая нашего товарища, покойный тов. Урицкий сказал, что конфискует указанную сумму, т. ск., официально, но при подтверждении всей Коллегии, что деньги принадлежат ей, он ничего не будет иметь против возвращения им полностью по принадлежности. Мы скорбим, что рука подлого убийцы лишила нас возможности ликвидировать это дело непосредственно с тов. Урицким, но в то же время уверены, что тов. Зиновьев поможет нам продолжить нашу деятельность в пользу революции и указанную сумму возвратить.

Секретарь Коллегии В. Федоров
Секретарь коллектива Союза Н. Спиридонов».

М.Ю. Милушкин: Андрей Леонидович, спасибо, что Вы прочитали этот интереснейший документ, но хочу обратить внимание на резолюцию, которая от руки красным карандашом была наложена Г.И. Бокием: «Конфискованная сумма провозилась тайно в двойном дне чемодана и по постановлению т. Урицкого конфискована безусловно. Г. Бокий».

Е.В. Лукин: И невольно задумываешься над тем, какого рода предварительные выводы все мы сейчас можем сделать, читая подобного рода документы?

В.В. Егерев: Думаю, что главный предварительный, но очень позитивный вывод состоит в том, что к нашей дискуссии, посвященной столетию ФСБ, постепенно подключаются читатели журнала «Конкуренция и рынок». И пусть их вопросы, их материалы отчасти нарушают первоначальный строго хронологический принцип изложения событий, к которому все мы стремились, но, в конце концов, для нас куда важнее осознавать, что сериал востребован и горожанами и жителями Ленинградской области.

М.Ю. Милушкин: Но давайте все-таки вернемся к документам, которые поступили в наше распоряжение. Полагаю, что даже для самых предварительных выводов необходимо познакомиться, по крайней мере, с еще одним письмом из Стокгольма, которое я просто хотел бы зачитать, раз присланная Андрею Леонидовичу книжка оказалась у меня в руках:

«Первая издательская Коллегия Союза Пропаганды Анархических Идей. Стокгольм.
Председателю Совета Комиссаров Северной областной Коммуны тов. Зиновьеву.

Товарищи наши в Петрограде подробно писали Вам относительно денег, находящихся на Гороховой, 2, и мы ждем присылки их на имя тов. Воровского, чтобы продолжить наше дело. Мы на пути к исполнению намеченной цели. Четыре тов. находятся в Бергене, трое ожидают нас в Христиании, двух мы застали в Стокгольме. 2-го октября два тов. выехали из Петрограда, и вот благодаря недоразумению мы сейчас находимся в неопределенном положении в ожидании отобранных у нас денег. Пути наши далеки и опасны, но мы всегда уверены, что в лице Советской власти будем иметь моральную поддержку. Дело просто. Мы не хотим прибегать к тем приемам, к которым прибегают лица, увозящие с собою сотни тыс. И в то время, когда богатые буржуи спокойно увозят свои капиталы для личных целей и для борьбы против коммунистов, мы, анархисты, очутились на положении партий.
Просим т. Зиновьева ускорить высылку наших денег, находящихся в Комиссии и о которых знает тов. Бокий. Подробный список их находится при деле.

С товарищеским приветом М. Хаджетлаше, М. Эттингер, Ф. Адженуков, Серг. Муранов /подписи от руки/».

Конечно же, документы, опубликованные в 13-м номере альманаха «Из глубины времен» носят сенсационный характер. Во-первых, становится ясно, что печально знаменитая «Лига убийц» имела два официальных названия прямо противоположного политического свойства: «Военная организация для восстановления империи» и «Союз пропаганды анархических идей». Во-вторых, «Лига убийц» состояла в постоянной переписке с Г.Е. Зиновьевым, и, похоже, именно благодаря его заступничеству ее главарь Могамет-Бек Хаджетлаше смог минимизировать ущерб от ареста, который осуществили чекисты.

В.В. Егерев: Михаил Юрьевич, честно признаюсь, что в документе, который Вы сейчас зачитывали, меня больше всего поразили слова «Мы на пути к исполнению намеченной цели» и «Просим т. Зиновьева ускорить высылку наших денег, находящихся в Комиссии и о которых знает тов. Бокий». В сущности, это означает, что «Лига убийц» просит Г.Е. Зиновьева оказать давление на председателя ПетроЧК Г.И. Бокия, чтобы он перестал мешать финансированию деятельности этой террористической организации в Стокгольме.


Е.В. Лукин: Признаюсь, что на меня не меньшее впечатление произвели также слова «Пути наши далеки и опасны, но мы всегда уверены, что в лице Советской власти будем иметь моральную поддержку». Ну и, конечно, трогательная концовка «С товарищеским приветом М. Хаджетлаше», а далее другие имена террористов, что тоже впечатляет. И возникает тревожное ощущение, уж не являлась ли «Лига убийц», она же «Военная организация для восстановления империи», она же «Союз пропаганды анархических идей», одной из тех тайных структур, которая в обход ПетроЧК выполняла поручения Зиновьева весьма деликатного свойства. Помните, наверное, в прошлый раз мы говорили о гипотезе капитана I ранга А.Л. Хурсина, который связал князя Андроникова с вывозом за границу из Кронштадта ценностей, принадлежавших бывшим имущим классам. И, наверное, можно задуматься и над тем, кого преимущественно убивал Хаджетлаше? Прежде всего это были совслужащие, оказавшиеся за границей с большими ценностями, добытыми молодой Советской республикой в ходе «экспроприации экспроприаторов», но приватизировавшие их в свою пользу.

А.Л. Вассоевич: Евгений Валентинович, я очень рад, что Вы сейчас вспомнили гипотезу моего полного тезки — профессора Морского корпуса Петра Великого. Оказывается, некоторые сомнения она вызвала не только у М.Ю. Милушкина, но и у одной моей бывшей студентки. При этом эта выпускница политологического отделения РГПУ им. Герцена предприняла самостоятельное расследование и установила первоисточник, к которому эта гипотеза восходит. Передо мной письмо Кристины Козаковой следующего содержания:

«Глубокоуважаемый Андрей Леонидович!
В последней публикации журнала «Конкуренция и рынок» (№ 4 (77)), посвященной предстоящему столетию ФСБ, Вами была упомянута гипотеза профессора Морского корпуса Петра Великого, капитана первого ранга А.Л. Хурсина о том, что известный авантюрист князь Андронников был причастен к вывозу ценностей из Советской России. Не дожидаясь, пока оценку его гипотезы даст генерал-майор юстиции М.Ю. Милушкин, я решила произвести самостоятельное расследование, в ходе которого обнаружился источник из которого капитан первого ранга брал свою информацию. Она всецело основана на книге Игоря Львовича Бунича «Золото партии». Чтобы Вы убедились, что я права, привожу текст со страниц 56–57:

««Сгорел» и председатель Кронштадтского ЧК, легендарный князь Андронников. Воровал князь крупно, но и работу делал гигантскую. Помимо отправки грузов в Германию и Скандинавию и дальше — в Соединенные Штаты через Кронштадт, он еще и обрабатывал заключенных в знаменитых кронштадтских тюрьмах, куда направляли особо упорных, не желавших ни под каким видом отдавать свои состояния, подписывать купчие и называть шифры своих счетов. Бывший князь с каждым работал индивидуально, выжимая из них все, но далеко не все докладывал начальству, составляя собственную шифрованную картотеку.

Дважды выкручивался он и от дела Урицкого, и от дела Бокия, ловко перекидывал деньги на собственные секретные счета в двух банках в Швейцарии и Швеции, да не знал по наивности, что из банков идет секретная информация в Кремль. «Архиважные» и «конспиративные» задания выполнял князь-чекист как до переворота, так и после него. Назначенный в ЧК Кронштадта по рекомендации князь-чекист организовал уход от кронштадтских причалов в туманную мглу Балтики таинственных пароходов под непонятными флагами, а то и вовсе без флага. А потому после крушения Германии настал и его час. Но такого человека, как князь Андронников, убрать было не так легко. Слишком высок был его авторитет в ЧК. И действовать надо было «архиделикатно».

На такой случай Ленин имел при себе небольшую команду исполнителей, числившихся при Управлении СНК и не имевших к ЧК никакого отношения. Занималась команда внутренними разборками, когда дело касалось большевиков с большим дореволюционным стажем. Нечто вроде комиссии партконтроля, но с гораздо большими полномочиями. И все дело князя шло не по чекистской, а именно по партийной линии, для чего Ленин направил секретное письмо Зиновьеву в Петроград следующего содержания: «Тов. Зиновьев. Прошу назначить — исключительно партийных, опытных, абсолютно надежных товарищей для расследования поведения… б. князя Андронникова (друга Распутина, Дубровина и т. д), служившего в ЧК в Кронштадте. Пред. Совета Народных Комиссаров. В. Ульянов (Ленин)».
С уважением Кристина Козакова».

М.Ю. Милушкин: Я думаю, что все мы должны поблагодарить К. Козакову за проведенное расследование. Книга Бунича, конечно же, не может быть отнесена к числу серьезных научных исследований. Она принадлежит к жанру политической публицистики. Но написана она хлестко и по этой причине имела большое влияние на общественное сознание в 1990-е гг. А, значит, мы (в рамках нашей дискуссии) просто будем обязаны вернуться к личности лжечекиста князя Андроникова и к ситуации в Кронштадте.

Продолжение следует.

Полностью материал читайте в журнале "Конкуренция и Рынок" № 5 (78) 2016

Популярные