USD 70,12 ₽
EUR 76,22 ₽

Михаил Давыдов: «То, чего не напишут историки моего поколения, не напишет уже никто»

15 августа 2016

На мой взгляд, первые пятнадцать лет XXI века будут оценены, как время больших упущенных возможностей для России. Была возможность в 2000-е годы сделать то, чего в 90-е сделано не было, а именно: собрать какие-то остатки промышленности; вложиться в развитие образования, да всего не перечесть. Очень многое можно было сделать за счёт высокой цены на нефть. К сожалению, этого сделано не было. И самое обидное, таких возможностей в ближайшие годы уже не будет.

 

… как в 90-е, так и сейчас власти не нужно, чтобы наука несла эту просветительскую функцию народу?

Да, сейчас это не нужно, и в 90-е было не нужно. Дело в том, что советская власть стремилась имитировать модель нормального развития общества, а эта модель автоматически подразумевает академическую науку. Советская власть, естественно, воссоздала, как могла, и Академию наук, которая была до революции. Так или иначе, но занятия наукой были престижны, а значит, социально признаны. До 1917 г. и школьные учителя в государственных гимназиях, и преподаватели в университетах  были учеными, имели классные чины по Табелю о рангах. К примеру, по Уставу 1864 г. директор гимназии был статским советником, это чин V класса, то есть между полковником и генерал-майором, если переводить на военную службу. Это показывало, что они важны для государства. 

Расскажу вам реальный исторический анекдот. В самом начале 2000-х годов я участвовал в небольшой педагогической конференции. В частности, там вдруг начали обсуждать проблему коррупции в российской высшей школе. Я долго сидел, слушал, потом не выдержал – взял слово. Говорю: знаете, уважаемые коллеги, я не лучше вашего отношусь к коррупции, но сейчас хочу вам нарисовать фон, на котором зарождается коррупция в российской высшей школе. Смотрите, говорю, я, доцент и кандидат наук, курю сигареты «Золотая Ява». На рынке они стоят 10 рублей, в день я выкуриваю 3 пачки, то есть в переводе на конвертируемую валюту я трачу на сигареты 1 доллар в день. При этом, университет платит мне в месяц 30 долларов, таким образом, моя работа обеспечивает только мои потребности в курении, а никаких других потребностей мой заработок не обеспечивает. 

Народ там развеселился, конечно, я получил много советов, как организовать семейный бюджет. Но я рассказываю это, чтобы пояснить, как нынешняя власть оплачивает труд тех, кто занимается наукой. 

Знаете, почему довольно много ученых, включая некоторых археологов, голосуют за коммунистов? По одной простой причине: при советской власти количество экспедиций в год исчислялось многими сотнями, возможно, их было и больше тысячи. Сейчас же – тихий ужас. Власть сама расставляет приоритеты финансирования.

 

В связи с этим как вы оцениваете состояние исторической науки в России на сегодняшний день?

Плачевно, потому что за нами, по сути дела, пустыня. Историки моего поколения и те, кто чуть-чуть старше, и те, кто чуть-чуть моложе, находятся в весьма ответственной ситуации. Ведь те работы, которые мы сейчас не напишем, уже не напишет никто и никогда. Это не из-за того, что мы такие умные, не поэтому, а потому что в нашей науке пала связь времен, связь поколений. 

Я никогда не хотел иметь учеников в академическом смысле, потому что всё, что мог, отдавал тем, кого готовил к поступлению (с 4-го курса я зарабатывал репетиторством). Сейчас же понимаю, что дозрел до стадии, когда нужно передать дальше «по цепочке» хотя бы часть того, что знаю и умею. Однако всерьез отдать некому. Конечно, есть ребята хорошие, более того, во многом они превосходят мое поколение (в знании языков, например), но после вуза они не идут в науку из-за того, что там не платят. 

 

Как вы относитесь к идее, которую в последнее время, много обсуждают – единого учебника истории?

Это отвратительно. Во-первых, о едином учебнике можно было бы говорить, если бы в нашем обществе была общепризнанная система нравственных ценностей. А ее и близко нет  — общество нравственно и идейно дезинтегрировано. Мы боремся с террором, а у нас улицы называются именами террористов. У нас есть Ленинский проспект, бесчисленные улицы названы в честь коммунистических вождей.

Во-вторых, история – не математика, здесь ни у кого нет монополии на знания. Понимаете, в своих работах я никогда не пишу того, в чем не уверен, и все мои научные исследования стоят на достаточно серьезном статистическом фундаменте. Однако, хотя я специализируюсь на определенной эпохе, не считаю, что нужно преподавать это время только на основании моих изысканий. В истории всё всегда сложнее, чем считаю я, и сложнее, чем считают мои оппоненты. 

 

Министр культуры Мединский сказал как-то, что в учебнике истории должен быть учитан государственный интерес. Вы согласны с этим?

Я согласен. Но не уверен, правда, что мы с господином Мединским словосочетание «государственный интерес» понимаем одинаково. Стране нужны герои. Ведь история – это наука, которая делает из человека гражданина, как сказано в любимом фильме «Доживем до понедельника». Считаю, человек должен понимать, что он родился в действительно великой стране с великой историей, но при этом историей тяжелейшей и трагичной. 

Важно давать себе отчёт: это наша история и нам есть, чего стыдиться, но также нам есть и чем гордиться.

В нашей истории, среди прочего, темные страницы – это и Катынь, и пакт Молотова-Риббентропа, о ГУЛАГЕ и не говорю. И если начинать оспаривать эти темные страницы, как это делает, например, тот же Мединский –  ничего хорошего ждать не стоит. 

 

Идёт дискуссия по поводу возвращения памятника Дзержинскому, инициатору так называемого «красного террора». У людей возникают сомнения, совершал ли какие-либо преступления Сталин. Чем это можно объяснить?

Простите, я могу объяснить это только недалекостью. Глобально, саму постановку вопроса о том, совершал ли Сталин преступления или нет, можно объяснить лишь тем, о чем я уже говорил – в нашей стране отсутствует как факт нравственная шкала, отсутствуют нравственные критерии. И тянется это с дореволюционных времен, ещё в то время русское революционное общество было больным, больным, во многом, оно вышло из крепостного права. Человек не может жить, не понимая, что хорошо, а что плохо. Ведь каждый раз, когда мы делаем подлость, мы четко осознаем, что делаем подлость. 

В свое время нашему обществу объявили: нужно уничтожить кулачество как класс, и многие люди были рады этому заявлению, готовы были уничтожать сотни тысяч людей – в мирное время, замечу. И уничтожили. Голод 1932-1933 гг. был намеренно создан Сталиным. Как минимум, погибло 7-8 миллионов человек. 

За что? Заметьте, у Гитлера с церковью тоже ведь были очень плохие отношения. 

 

Вы считаете, что нравственные ценности должны прививаться народу церковью? Но у нас в стране, если смотреть статистику, очень верующий народ… 

В третьей части фильма «Крестный отец» один из героев, будущий Папа, берет камень из фонтана и говорит: две тысячи лет люди в христианстве, но христианство не проникло в них, как и вода в этот камень. 

 

По-вашему, нравственная шкала ценностей есть у других народов?

Понимаете, там, где есть христианская мораль, нравственные ценности по факту существуют. Мы же официально с 1918-го года стали страной безбожников. Для нас 75 лет христианская мораль была просто ругательным словом. А если нет Бога, то, как сказал Достоевский, всё дозволено. Именно поэтому некоторые оправдывают Сталина и говорят, что можно было уничтожить столько-то людей для того, чтобы построить заводы, которые поднимут страну.

В июне 1945 года англичане сочли, что Черчилль, потеряв миллион британцев в войне, уже не имеет права управлять страной, и убрали его. У нас после диких потерь, после того, как страна обезлюдела, говорят только одно — Сталин выиграл войну.

Михаил Абрамович Давыдов занимается историей более тридцати лет: публикует книги, монографии и статьи, а также преподаёт в вузе. В интервью THE WALL доктор исторических наук и профессор Высшей школы экономики делится своим мнением об отношении россиян к советским политикам, о важнейших событиях в отечественной истории, о проблемах развития науки в России и специфике работы историком в Советском Союзе.

http://thewallmagazine.ru/interview-davydov/

Популярные