Почему бензин в России снова подорожал

2020 год был тяжёлым для России по многим причинам, кризис ударил по многим отраслям, сильно подорожали продукты, недвижимость, импортные товары. Но одна традиционная проблема – рост цен на топливо – обошла нас стороной. Бензин подорожал чисто символически, существенно ниже инфляции. Но вот первые дни нового года оказались более тревожными. На Петербургской товарно-сырьевой бирже Аи-92 подорожал сразу на 8%, с 48,6 тысячи до 51,3 тысячи рублей за тонну, АИ-95 – на 6%, с 49,1 тысячи до 51,9 тысячи рублей за тонну. До АЗС волна подорожания ещё не дошла, но эксперты полагают, что риск такого развития событий весьма велик.

Топливо – социально значимый продукт, чья стоимость входит в цену практически любого товара в мире. И рост цен здесь – социальная проблема. Иногда руководителям правительства приходится просто собирать всех ключевых игроков рынка и, как нашкодившим школьникам, объяснять им, что такое ответственность, что такое умеренность, что такое законы Российской Федерации. В последний раз это случилось в 2018 году, после чего стороны разработали механизм, призванный защитить всех от колебания цен. Но сейчас, в начале 2021 года, мы видим большие риски, что этот механизм сломался.

Чтобы понимать, как поступить в сложившейся ситуации, надо осознавать её причины – иначе есть риск, что мы будем лечить симптомы, а не болезнь.

Почему дорожает топливо

1. Постоянно растёт налоговая нагрузка на нефтегазовую отрасль. Заправляя полный бак, вы, наверное, думаете, что кормите обнаглевших нефтяников? Нет, вы платите государству – в розничной стоимости топлива налоги и акцизы достигли уже 70%, а между тем добыча нефти и переработка её в бензин тоже небесплатные.

С января 2021 года акцизы выросли на 4% – вроде мелочь, но в 2015 году акцизная ставка на автомобильный бензин составляла 7,53 тысячи рублей за тонну, а сейчас уже 13,26 тысячи рублей – рост почти в два раза. С такой скоростью у нас дорожают разве что красная икра да криптовалюты.

2. Механизм демпфера, действующий с 2019 года. Немецкое слово "демпфен" означает "заглушать, амортизировать", вот и механизм этот призван смягчать последствия колебания мировых цен для внутреннего рынка. Если поставки на внутренний рынок для нефтяных компаний становятся менее привлекательными, чем экспорт, бюджет компенсирует им разницу – и наоборот. В реальности механизм демпфера привёл к обратной ситуации на рынке, когда нефтяные компании стали вынуждены продавать топливо на внутреннем рынке себе в убыток. В итоге реализация идеи оказалась не блестящей: по данным ФАС, демпфер прибавляет более 4% к розничной цене бензина. Сегодня многие эксперты говорят о необходимости пересмотра механизма демпфера и адаптации его расчёта под текущие рыночные реалии. При правильной реализации вполне реально стимулировать сектор переработки, который находится сейчас в тисках налогового манёвра.

В декабре 2020 года, после частичного восстановления цен на нефть, "Лукойл" сократил продажи бензинов на 21%, "Сургутнефтегаз" – на 17%, "Газпром нефть" – на 4%. Отдуваться за всех вынуждена "Роснефть", нарастившая поставки бензина на 52%, а дизеля – на 32%. При этом же "Роснефть" нарастила свою долю продаж бензинов на бирже на 12% до рекордных 62%.

3. Ориентация многих компаний на экспорт, несмотря на обещанные компенсации. Что ж, поклонение экспорту является вечной проблемой России. Понятно, что проще продавать сырьё в Китай и страны "золотого миллиарда", чем перерабатывать его и реализовывать продукт своему населению. В 2020 году, несмотря даже на падение мировых цен, почти все крупнейшие компании – "Лукойл", "Сургутнефтегаз", "Газпром нефть" – существенно (в среднем почти на треть) нарастили поставки на внешний рынок. В результате внутри страны, как мы показали в прошлом пункте, растёт доля "Роснефти", которой это совершенно не нужно, ведь такое доминирование по сути своей убыточно.

4. Спекуляции. Нефтегазовая отрасль – ключевая в России, в ней вращаются большие деньги, а где деньги – там и паразиты. Именно спекулятивные операции привели к кризису на топливном рынке в 2018 году: организации многократно прогоняли нефтепродукты через биржу, стараясь заработать на разнице скачущих котировок. Когда привычки фондового рынка переносятся на сырьевой – быть беде.

Частным случаем спекуляций является и раскачивание информационного поля с целью добиться каких-то преференций: как правило, этим отличаются региональные сети, стремящиеся создать невыносимые условия для федеральных игроков и выдавить их из региона. Забавно, что, не имея собственной добычи и инфраструктуры, эти маленькие, но гордые игроки закупают топливо у тех же проклятых федералов. На данный момент розничные цены поднялись лишь в нескольких регионах, и, как правило, это результат именно такой странной "самостийности".

* * *

Бить в набат рано – ситуация ещё некритическая. Но уже достаточно серьёзная, поэтому профильным ведомствам хорошо бы вновь сесть за стол переговоров и обсудить, как избежать двух неприятных крайностей – роста цен на бензин выше предела "инфляция + рост налогов" и принудительной, антирыночной заморозки цен указом "сверху", что резко подорвёт авторитет всей нашей нефтегазовой отрасли, уменьшит доверие к ней зарубежных партнёров.

И откладывать такой разговор в долгий ящик нельзя. Если, по Танкаеву, в апреле начнётся новый виток роста цен на АЗС, это повысит социальную напряжённость фактически накануне парламентских выборов. Которые и без того обещают быть чрезмерно интересными.

Иван Дементьев, tsargrad.tv