Александр Кузнецов

Честность — основа жизни

63 года, помощник людей, Ленинград

На меня сильное воздействие оказали родители, особенно отец. До школы мы жили за городом, и я с сентября по май фактически был предоставлен себе. Тогда мы жили в маленькой комнате, в которой находилась печка «буржуйка». В снежные зимы отец делал для меня в сугробах тоннели, в которых я затем докапывал различные дома и воображал себе то одним, то другим, то третьим персонажем услышанных историй. Наверное, поэтому я научился долго находиться в одиночестве и ощущать его комфорт.

Как таковым отец моим воспитанием не занимался, но он был для меня примером. В 1939 г. его, 19-летнего, призвали в армию, и войну он закончил в Пруссии наводчиком 153-миллиметровой гаубицы тяжелого артиллерийского полка. Отец никогда ничего о войне не рассказывал.

Лишь в День Победы он позволял после«наркомовской рюмки» поведать некоторые военные истории юмористического характера. Лет 20 после войны отец во сне кричал, т. е. как бы продолжал воевать.
Но, когда я пытался расспросить его о войне, обычно отмалчивался или переводил разговор на другие вопросы. Красноречивое молчание отца о войне стало для меня той лакмусовой бумажкой, которую я потом применял в жизни. Как участник отец получил 6-томное издание «История Великой Отечественной войны». Как-то, открыв первый том о «предвоенных событиях», я увидел, что на карте Польши после сентября 1939 г. восточная часть закрашена серой краской без каких-либо указаний и принадлежности. Я спросил: «Что это такое?» — Отец промолчал, мол, докапывайся сам. С тех пор у меня появился интерес к истории Второй мировой войны. Потом появился интерес к истории Петербурга и истории Российского государства.

Мне кажется, что девизом историков должен быть стих А.Т. Твардовского: «Кто прячет прошлое ревниво, тот вряд-ли с будущим в ладу».

Родители рано приучили меня к чтению, а отец постоянно подкидывал мне книги, которые считал важными для прочтения. А потом я начал читать целыми собраниями сочинений. Начал с Майн Рида и Джека Лондона, потом были Чехов, Толстой, Куприн, Достоевский, Мопассан, Шекспир, после армии в институте — Ленин по 4-му изданию. Читал я в основном экономические работы Ленина. Впечатление было ужасное: я ничего не понял, а говорили, что Ленин — гений. Потом оказалось, что я в чем-то был прав, ничего экономического у Ленина не было.

Когда я учился в ФИНЭКе на I курсе, требовалось написать реферат по ленинским работам. Я взял статью, но не основную «Как нам реорганизовать Рабкрин», которая входила в пятерку работ Ленина, а вторую с другим названием: «Что нам делать с Рабкрином».

В реферате привел цитаты Ленина, свои мысли добавил, сдал работу и ожидал свои 5 баллов. Мне поставили 2. Преподаватель написал на реферате: «Вы даже не можете правильно написать название статьи В.И. Ленина». Получив реферат с такой оценкой, я понял, что преподаватель, по всей видимости, сам не знал о существовании второй статьи.

И это в очередной раз поколебало отношение к всеобщим кумирам и к преподавателям, в частности.

Побывав сейчас во многих городах Европы, Азии и Америки, убедился: Санкт-Петербург — один из красивейших городов мира. Это город простора, воздуха и света, а во всех строениях звучит музыка веков. Наш город заслуживает… восхищения и пожеланий дальнейшего процветания.

Петербург был построен в том виде, который дошел до нас, императрицей Екатериной II. От Петра I в городе мало что осталось: Меншиковский дворец, да и тот перестраивался, а также исторические места, где потом возникли Петропавловская крепость, Летний сад, Кронштадт.

Но те первоначальные Петровские постройки в первозданном виде до нас не дошли, что может и хорошо, например, Петропавловская крепость с земляными валами вместо настоящих гранитных бастионов выглядела бы в центре города довольно странно.

В Петербург надо вкладывать намного больше средств, искать инвесторов, но не за счет качества архитектуры.

Новострой на Владимирской площади — это какой-то «вставной зуб». Дом Рогова — да, был ветхим, но тогда разбирайте и восстанавливайте фасад точь-в-точь. А разрушение красивейшей церкви на углу Марата и Стремянной и строительство безобразной бани, замененной сейчас на новую торговую стекляшку?!

Хотелось бы надеяться, что через некоторое время эти и другие художества будут заменены на исконно исторические фасады, родные для нашего города.

Изучая историю Петербурга, вижу, что происходит постепенное уничтожение старого города. С одной стороны, я это объясняю отсутствием должной культуры, а с другой – жаждой немедленного получения прибыли здесь и сейчас.
До возрождения имперской столицы мы, похоже, еще не дозрели. Пока культура старых петербуржцев сохранилась и очень привлекательна. Я не знаю, воровали ли до 1917 г. Больше или меньше, чем сейчас, но люди той эпохи в России не чувствовали себя временщиками на своей Родине. Они считали, что строят себе и на века.

Простой пример: принц Петр Георгиевич Ольденбургский (1812–1881гг.) — один из выдающихся представителей высшей российской аристократии и один из богатейших людей Петербурга, внук Павла I, генерал от инфантерии, сенатор, член Государственного Совета и пр. Сейчас бы его звали олигархом.

Так вот, в 1835 г. по инициативе и на средства 23-летнего принца П.Г. Ольденбургского было открыто учебное заведение университетского типа — Императорское училище правоведения (набережная реки Фонтанки, д. 6).
Интересно, что сказал бы принц, если бы ему вместо создания училища посоветовали прикупить «Челси»? И не где-нибудь в России, а в Лондоне?

Активно принц занимался благотворительной деятельностью, много работал на благо России.

На свои средства принц снабжал Мариинскую больницу препаратами и оборудованием. В 1889 г. перед Мариинской больницей по проекту скульптора И.Н. Шредера была установлена скульптура П.Г. Ольденбургского в память о его попечительской деятельности. Но в советское время скульптура была утрачена, а кладбище в Свято-Троицкой Сергиевской Приморской мужской пустыни, где был похоронен принц, закатано в асфальт.

Какие тут могут быть выводы?

Да, я считаю Павла I одним из величайших императоров Российской империи. За четыре года он подготовил больше законов, чем за все царствование Екатерина II, и практически ни один не был отменен до 1917 г., а некоторые присутствуют в нашей жизни и сейчас. Уволил из армии больше 300 генералов и несколько тысяч офицеров, не знавших элементарных вопросов по военному делу. Не они ли потом написали гадости о Павле I? А в 1800 г. Павел I заключил мир с наполеоновской Францией и тем самым, к сожалению, подписал себе смертный приговор. А ведь он уже думал об отмене крепостного права.

Не имею представления, что знают современные деловые люди Петербурга о своих предшественниках из XVIII–XIX вв. и куда вкладывались ими капиталы. Но во всех странах на деньги промышленников созданы музеи науки и техники, а у нас только Ф.В. Кармазинов с Музеем Воды приятное исключение.

На XVIII Международном форуме «Российский промышленник» (1–3 октября)я видел огромное количество молодых людей, которые участвовали в фестивале робототехники и олимпиаде программистов. Многие технические учебные очень интересные работы. У молодежи горят глаза и чешутся руки применить свои знания и энергию на практике, и именно власти города должны культивировать в них Душу и Мысль Санкт-Петербурга. Именно на них, 20-летних, и надо делать ставку, поощрять инициативу, финансировать проекты, изменять законодательство, чтобы было максимально просто продвигать новые идеи и решения. Именно здесь, в нашем городе, а не где-то в Сколково.

XXI век требует от нас быстрого развития во всех областях науки и техники, в том числе в биоинженерии, квантовой биологии, нейротехнологиях, нанотехнологиях, hi-tech. Необходим как постоянный обмен между научными учреждениями, так и стирание границ между государствами. Но на фоне этой новой научной революции у нас принимаются законы мизулиных-милоновых, которые предлагают нам остаться на обочине истории.

Властям нельзя ориентироваться на среднюю массу населения, которая жаждет хлеба, зрелищ и крестных ходов по Невскому проспекту в многонациональном городе.

Религиозные войны всегда были самыми страшными. При этом каждая религия представляет себя как самая правильная.

По-моему, переводя на современный язык, можно сказать, что Бог один, а провайдеров много. И каждый провайдер старается доказать, что его скорость общения с Богом выше, чем у конкурента, подключение бесплатное и есть льготное обслуживание. Такое положение дел меня раздражает. Никак не могу понять, что они делят и что доказывают себе и своей пастве. Очень хочу, чтобы все религиозные «провайдеры» объединились и начали работать вместе.

Сейчас предпринимательское сообщество Петербурга достаточно инертно и занимает конформистскую позицию, решая свои узкие бизнес-вопросы.

Губернатором Санкт-Петербурга, а затем может и Президентом России, я хотел бы видеть Александра Сокурова — по моему мнению, нашего Вацлава Гавела.

Конечно, наше общество развивается, и разница за 20 лет видна огромная. Как директор аудиторской фирмы, хочу отметить, что у нас за это время появилась культура аудита. Уважающее себя руководство акционерных обществ считает за дурной тон не иметь аудиторского заключения по итогам работы за год. Аудиторское заключение сейчас необходимо и для получения кредита в банке, и для привлечения инвесторов, и в целом для деловой репутации. С учетом нашей специфики аудиторы одновременно выступают и в роли бизнес-консультантов.

Говоря об инвестиционном климате, необходимо заметить, что в настоящее время он значительно ухудшился.

Одной из причин является присутствие в экономике коррупционной составляющей.

И правительство обязывает аудиторов особое внимание обращать на вопросы соблюдения организациями анти-коррупционного законодательства.

И это правильно. В то же время наше государство до сих пор не ратифицировало ст. 20 Конвенции ООН против коррупции. И получается, что борьба с коррупцией в определенной степени это «шуршание орехов».
ТПП Санкт-Петербурга, Аудиторская палата и Петербургский университет экономики и финансов выступили инициаторами создания СРО. Важно не только объединить бухгалтеров в некий клуб. СРО имеют право законодательной инициативы. А у бухгалтеров накопилось немало вопросов и к законодательной, и к исполнительной власти. Хорошо будет, если СРО бухгалтеров также сможет нивелировать противоречия, возникающие между бухгалтерами и юристами. Сейчас многие бухгалтеры, освоившие программу 1С, не понимают экономическую основу операций, которые они автоматически туда заносят, и как та или иная проводка отразится в целом на финансовом состоянии предприятия.

Неплохо будет, если СРО на высоком уровне займется повышением квалификации и обучением бухгалтерского корпуса. Это особенно актуально сейчас, когда в результате применения Болонской системы обучения в институтах курс бухгалтерского учета сократился в 4–5 раз.