Встреча с православным предпринимателем

Журнал "Конкуренция и рынок" май 2017/№2 (81) Леонид Дружинин, статья «Нравственные силы»

Почему мы с вами родились в России? Нет сомнений, что в этом был о нас промысел Божий. Наше государство переживает трудные времена? Значит, именно нам дан потенциал преобразить окружающий нас мир, внести в него свет и добро, радость и счастье, любовь и созидание. Стоит ли бежать от этого промысла? Стоит ли жаловаться на то, что эта задача кажется нам непосильной, сложной. Наш выбор за нами: ненавидеть или любить, опускать руки или строить…

В православии каждый из нас может найти неиссякаемый источник оптимизма. Наша вера – жизнеутверждающая. Вспомним слова митрополита Московского Филарета: «Пусть клевещут на истину, пусть ненавидят любовь, пусть убивают жизнь; истина оправдается, любовь победит, жизнь воскреснет».

Возвращение русского народа на путь, указанный Господом, произошло в конце XX в. после понесенных в этом веке многочисленных жертв и страданий. Русские выстрадали свое освобождение от марксистской химеры, и Бог не покинул Россию. Опять народ потянулся к Богу, и многие неожиданно для себя обнаружили, что жизнь по христианским нравственным принципам приводит к успокоению общества. Не сразу, но постепенно в душах людей появляется уверенность, что они не одиноки в этом мире, у них появляются силы и смысл жизни.

Среди предпринимателей встречаются различные типы. В. Зомбарт выделил шесть типов:
- разбойники;
- феодалы;
- бюрократы;
- спекулянты;
- купцы;
- ремесленники.
Всем им присуща особая деловая мораль.

В последние годы в России стали встречаться православные предприниматели, но как-то не получалось вступить с ними в откровенный диалог. И вот Бог внял многочисленным просьбам корреспондента журнала «Конкуренция и рынок» и послал известие, что на Цветочной улице, дом 16, на заводе АТИ, такая встреча состоится. С кем предстоит встретиться? С.Н. Шаров, помощник по внешним связям наместника Свято-Троицкой Александро-Невской лавры, епископа Кронштадтского Назария, координатора международной программы «Александр Невский – Имя России» не раскрывал, а лишь обмолвился, что, если не будем осматривать завод и расположенные на его территории объекты, то сразу пройдем в кабинет Сергея Евгеньевича.

Кто такой Сергей Евгеньевич? Опыт, да и Х. Маккей в своей книге «Как уцелеть среди акул» подсказывают, что нелишне знать хотя бы немногое о человеке, с которым придется встречаться.
Интернет выдал: Васильев Сергей Евгеньевич (род. 02.02.1952), предприниматель и общественный деятель, православный монархист, председатель общественной организации «Православный Санкт-Петербург», активный участник православного трезвеннического движения. Его стараниями при заводе АТИ построена церковь, которая освящена в 1997 г. во имя иконы Божьей Матери Неупиваемая Чаша (впервые в истории церкви). Сам Васильев является ктитором храма. В 1996 г. С. Васильеву присвоен титул «Почетный гражданин России» с занесением его имени в великую книгу «Выдающиеся личности России».

«Православный Санкт-Петербург» ставит перед собой целью просвещение, пробуждение духовного и национального самосознания русского народа. Для этого С.Е. Васильев создал «Православное радио Санкт-Петербурга», журнал «Православный летописец Санкт-Петербурга» и православное информационное агентство «Русская линия». В 2001 г. «Православный Санкт-Петербург» учредил литературную премию, названную именем духовного писателя С.А. Нилуса.

Предстояла встреча с интересным православным человеком, с которым хотелось проникнуть в мир православного предпринимательства. Это особенно важно для молодых русских людей, которые только выбирают свой путь и которым следует дать надежного поводыря.
В России мало книг об истории православного предпринимательства в XIX – начале XX в. Нет добротного исследования, как православные купцы своим самоотверженным трудом благоустраивали Россию и создали уникальную систему благотворительности.

В последние годы имена православных деловых людей постепенно возвращаются из небытия. Сегодня многим знакомы имена Василия Александровича Кокорева и Игоря Ивановича Сикорского, а о Христофоре Семеновиче Леденцове и Михаиле Владимировиче Шидловском все еще знают очень немногие. Отчего о Леденцовском обществе и Русско-Балтийском вагонном заводе – русских центрах инноваций начала XX в. – молодые люди знают из российских СМИ меньше, чем об увлечениях младших представителей английской королевской семьи?

Современных православных предпринимателей на федеральных телевизионных каналах не встретишь. Наши СМИ отданы шоу-бизнесу для «развлекухи» и оглупления народа. Какие моральные и нравственные ценности, позволяющие русским людям становиться чище и духовнее, могут прививать попса и группировка Пугачева-Галкин-Киркоров-Петросян-«Дом-2»? Не оттого ли в глубинке расцветают пьянство и наркомания под влиянием поведения богемы, которая продвигает либерализм и развращение душ? Праздность, как известно, мать всех пороков.

Встреча с С.Е. Васильевым началась с обмена подарками: он благосклонно принял журналы «КиР» и подарил книгу «Слава Богу за все! Жизненные уроки батюшки Иоанна Миронова» и «Православный летописец Санкт-Петербурга», № 66 2016 г. Создалась благоприятная атмосфера для беседы в несколько необычной для директорского кабинета обстановке, напоминающей антикварный салон. Все устроилось по воле Создателя, и в дружеской атмосфере потекла беседа, как будто мы с Сергеем Евгеньевичем были знакомы очень давно.

КиР: Сергей Евгеньевич, осматривая завод АТИ, находишь подтверждение, что русские предприниматели не видят главной целью своей жизни получение прибыли. От наших современных бюрократов можно услышать либо «занятие бизнесом – дело грязное», либо что предприниматели стремятся только к прибыли. Это чисто марксистский взгляд на деловых людей России. Однако у православных русских купцов и предпринимателей иной взгляд на свое дело, чем у мытарей. В современной России сохранились православные предприниматели?

С. В.: Раз возрождаются старинные храмы и строятся новые, значит, православные предприниматели в России есть. А что до взглядов бюрократии… Да без бюрократии не может существовать даже семья. Отец сказал: «Надо помыть окна». А мать решает, сама она будет мыть или поручит детям.
Не соглашусь, что в СССР не было предпринимательства. Разве «красные директора» не были предпринимателями? Конечно, были! Давайте договоримся – в СССР было запрещена деятельность, ставящая целью извлечение прибыли только для себя. Такое предпринимательство запрещено во всем цивилизованном обществе. Даже в США есть ограничения предпринимательству: говорят, надо брать на работу негров, устанавливать рабочий день не более 8 часов, а также соблюдать минимальную часовую ставку оплаты труда и т. д. Общество ограничивает возможность зарабатывать деньги. Нельзя жить в обществе и быть свободным от него.

Последние легальные предприниматели в СССР умерли при правлении Н. Хрущева. До него в СССР были широко представлены артели и промкооперация. У меня есть документы, показывающие, как обувные артели закупали кожу, шили ботинки и самостоятельно распределяли доход. Во время войны артели делали даже патроны…
Именно Хрущев запретил предпринимательство. При нем стали закрываться кооперативы и артели. Все игрушки в СССР делались артелями. В Париже только прошел модный показ одежды, обуви и кожгалантереи, а наши артели уже через месяц предлагали их покупателям. Я знал людей, которые после Хрущева были предпринимателями, например, в области антиквариата. Они обслуживали определенных людей и получали доходы, платили налоги, но на свой страх и риск покупали и продавали.

КиР: Когда власти на что-то в экономике устраивают гонения, предпринимателям приходится уходить в тень. Есть цифры: 40 % экономики – это ненаблюдаемая экономика, и в ней задействовано 20 млн человек.
С. В.: Зачем эти лукавые цифры? Кто это считал? Существует такая прекрасная наука – метрология. Великий Д.И. Менделеев стоял у ее истоков в России. Почему 40 %, а не 45 % экономики в тени? Скажите мне! Я считаю, что больше чем 40 % экономики в тени. Так и говорите: большая часть экономики России ненаблюдаема.

КиР: Некоторая большая часть…
С. В.: На 100 % согласен с такой формулировкой – некоторая большая часть экономики России находится в тени. Абсолютно точная формулировка. Когда наши чиновники что-либо утверждают, создается впечатление зыбкости оснований под их утверждениями. Где точные цифры и изыскания? Было бы честнее, если бы они говорили: «Мы так видим». И все становится определено.
Вы видели предпринимателя, который оперировал неточными цифрами? Это же будет сумасшествие, если он не знает себестоимость изделия и выставляет цену наобум. Это шизофантазм будет.

У чиновников и предпринимателей противоречивые взгляды на экономику, поэтому чиновники и говорят о деловых людях много негативного. Давайте говорить не бюрократы, а лживые люди плохо говорят о предпринимательстве. Тот, кто врет, всегда плохой человек. Предлагаю называть плохих людей постоянно врущими. И тогда все встанет на свои места и будет понятно. Такие люди готовы оболгать Россию, самих себя и белый свет. Про что они врут? Они врали про царя, врали про советскую власть, врали про временное правительство, врали про Ельцина, а сейчас врут про Путина. Для них главное врать! Отец их дьявол, а ложь для них самое главное.

КиР: Сергей Евгеньевич, согласен с Вашей оригинальной трактовкой определения лиц, зарабатывающих на оглуплении народа.
С. В.: В современных российских СМИ что украл пальто, что выиграл в лото – это лишь информационный повод. Для СМИ главное, чтобы информация шла. То Чубайс у нас вор, то ангел небесный. Неважно, что происходит на самом деле. Остается факт – «пиар Чубайса все растет и растет».
Если в Вашем СМИ будут расчлененка и всякие мерзости, то рейтинг Вашего издания будет расти.

КиР: Мы не можем себе позволить в «Конкуренции и рынке» расчлененку и все, от чего деградирует сознание человека…
С. В.: Это потому, что Вы порядочные люди. Но в России полно «желтых» СМИ, и они вполне комфортно себя чувствуют.

КиР: После того, как уточнили некоторые понятия, давайте вернемся к ситуации в экономике Российской империи конца XIX в. К этому периоду позиции русских купцов окрепли, и они смогли выдвинуть Россию на ведущие позиции в мире.
С. В.: Давайте признаем – в некоторых отраслях успехи нашей промышленности действительно были впечатляющими. Но было ли это результатом усилий только русских купцов? До 1917 г. почти 100 % паровозостроения принадлежало французам, 100 % электротехники – немцам, 100 % добычи нефти – англо-американскому консорциуму. Даже Путиловский завод не был чисто русским.

А кому в Российской империи принадлежали банки? В этот период в стране не было русского капитала. В 1917 г. экономическая власть в империи от русских сил перешла к антирусским, поэтому революция и свершилась. Это первое. А второе – возобладали силы, аналогичные тем, с которыми борется В.В. Путин: к 2000 г. Россия имела разваливаемую промышленность, и стал доминировать импорт. Путин борется за то, чтобы у нас в стране хоть что-то производилось.
Засилье иностранных товаров на рынке России в 2000 г. повторило ситуацию 1917 г. Путин борется за национальную промышленность, дабы уйти от ситуации 1917 г., когда русским староверам принадлежало примерно 10 % промышленности.
Однако следует отметить, основными спонсорами революции 1917 г. выступили именно старообрядцы. Лучше бы их не было. Они не жалели денег на революцию и давали их всем и вся.

При поддержке англичан старообрядцы стали обладателями самых современных заводов и фабрик. В 1914 г. Рябушинские строили в Москве самый современный механический завод. Морозовские ткацкие фабрики имели беспроцентный кредит и наисовременнейшее английское оборудование. Морозову в Лондоне достаточно было сказать, что всю прибыль он будет тратить на свержение царя, и тут же перед ним открылась кредитная линия. Деньги Шиффа и немцев на революцию – это фон. «Главные деньги» дали старообрядцы, причем всем партиям без разбора. Если англичане и американцы финансировали Ленина и Троцкого, то старообрядцам подходили любые партии, имевшие целью свержение монархии в России. Царь был для старообрядцев ненавистной сакральной фигурой. 300 лет русский царь – кто бы он ни был – был им ненавистен. Как только они сделали свое дело, то ушли со сцены. Никакой политической деятельностью старообрядцы не интересовались, и им не нужна была власть. Свергнуть и убить царя – все, чего они хотели.

КиР: Действительно, в деятельности А.И. Гучкова прослеживается месть за ссылку деда московским генерал-губернатором. Рассказом об участии староверов в финансировании революции 1917 г. Вы в очередной раз подтверждаете силу нравственных убеждений, а значит, сила духа находит и физическое подтверждение.
Дед А.И. Гучкова отказался дать взятку московскому генерал-губернатору, и за это его выслали.
С. В.: Любая антигосударственная деятельность должна караться. И неважно, кто ты: славянофил, демократ, старообрядец, анархист, жидомасон или террорист – важно соблюдать закон, а придя в церковь, молиться за государя-императора и власть. А кто там во власти? А там есть все: воры, сатанисты, растлители малолетних, атеисты, казнокрады и предатели… А ты за них молишься.

Для меня отличительной чертой православного государства является возможность молиться в храме с бескровной жертвой. Приходишь в храм – и никто тебе не мешает молиться, в том числе за благополучие властей и государства. А какие они: монархические, большевистские, советские или демократические, троцкистские, фашистские – неважно, так как они – государство.
Признаком государства является возможность молиться. Я каждый год приезжаю в Шарджу. Там есть чудный храм апостола Филиппа, где мы молимся за власти Шарджи, потому что там стоят два араба-полицейских, которые все делают, чтобы мы могли молиться. И я благодарен властям за это. Есть такое государство – Шарджа, раз оно дает православным молиться. Когда молиться нельзя, это не государство, а банда, узурпаторы и негодяи. Как говорил патриарх Тихон: «Я думал, большевики ненадолго. Не распознал сначала. А потом стал молиться за них, потому что это власть».

КиР: Взаимоотношения с властями у русских староверов не получились.
С. В.: По крови староверы, может быть, и были русскими. Но они Россию не любили. Для меня, как для православного человека, кровь ничто. Если ты не любишь Россию, то ты не русский. Православный человек непременно любит Россию и государственную власть.

КиР: Согласитесь, к концу XIX в. в России был создан национальный предпринимательский стиль, и в советскую эпоху он развивался. Что мы наблюдаем сейчас? Деловому стилю, свойственному русской ментальности, пытаются привить некие американизмы (учебник «Экономикс» заставляют учить в вузах наизусть). Деловой стиль, присущий Русской Цивилизации, пытаются растворить в неких глобалистических ценностях. Фактически либералы хотят вытравить нашу русскую культуру.
О православном предпринимательстве в вузах не упоминают. Зато вовсю нахваливают исламский банкинг, и в СПбГУ приступили к преподаванию китайского стиля ведения бизнеса. И конечно же, продолжается изучение стилей бизнеса немецкого, итальянского, японского, сингапурского… Либералы все время навязывают русским поиск делового стиля на стороне, а не у себя на Родине. Как известно, русские не немцы, и никогда ими не станут. Мы не собираемся отказываться от своих языка, веры, истории, культуры и своей земли – всего того, что делает нас русскими. Православный стиль деловых людей возродится?

С. В.: Православный деловой стиль на Руси создало мещанство и казачество. А еще в России были и другие сословия: дворянство, крестьяне, купечество, разночинцы… Не может быть капитализма в сословном государстве. И предпринимательский дух в сословном государстве находится под давлением. «Деньги–товар–деньги», раскрывает суть капитализма, а в России все принадлежало Императору – хозяину земли русской.

КиР: Формула неправильная, так как в ней нет человека, и тем более предпринимателя. В экономике все движется под влиянием предпринимательского духа. Маркс врал, когда запускал химеру «бытие определяет сознание». Такая химера подходит только колонизаторам и ворам для подавления творческих сил людей. Мы придерживаемся мнения первичности духа и сознания, определяющих бытие. Нам марксова формула не нравится.

С. В.: И мне не нравится. Когда мы начинаем говорить об экономике, нельзя выбрасывать из нее человека. Экономика и народное хозяйство без человека – это главная ложь. Давайте дополним формулу Маркса словами: «и это делает человек». Не какая-то бездушная машина.
В экономике Российской империи главную роль играл купец. Когда Демидов выходил из сословия купцов, он получил дворянство. Многие русские купцы не желали выходить из сословия. Поэтому такого капитализма, как в Западной Европе, в Российской империи не было.
Вы скажете: «В Европе купили-продали, и у нас в России XIX в. купили-продали», но это будет не то же самое. Поэтому самый великий предприниматель в Российской империи – это Петр Алексеевич. Назвать Петра I капиталистом язык не поворачивается. Петр I – своевольный, деспотичный, решительный, рисковый, но не капиталист.
Деловой мир в России другой. Может быть, это миф, но Петру I приписывают слова, обращенные к купцу: «Поставишь столько-то пушек в армию – с отчеством буду звать!» Купец бухается Петру в колени и говорит: «Да за это, царь-государь, еще больше пушек поставлю!» Какая тут марксовска формула?! За Отечество наш человек горы свернет!

КиР: Мы признаем, что есть стиль предпринимательства, присущий нашей ментальности, и он зафиксирован как в русской литературе, так и во многих памятниках, начиная со зданий школ, больниц, библиотек, музеев и заканчивая величественными православными храмами.
Православный предпринимательский стиль однозначно был, и его в России надо изучать и преподавать. Правда, часто нахожу подтверждение, что чиновники, ответственные за образование и поддержку предпринимательства, о православном предпринимательстве не имеют даже смутного представления. Они не знают духовный мир русских купцов и судят о нем по агиткам советской эпохи. Поэтому они навязывают русским людям некий «американский предпринимательский стиль», аналогично Зюганову, продвигающему некий «китайский стиль управления народным хозяйством». Но как бывшие, так и нынешние чиновники не озаботятся взглянуть на свою деятельность со стороны. А она столь же не привлекательна, как и «французский с нижегородским акцентом».

Из-за этого многие инновации чиновников, что в развитии предпринимательства, что в конкуренции, что в системе образования, русским обществом отторгаются. Русским подавай русское предпринимательство. И это не «квасной патриотизм», а единственный и логичный способ выжить в мировой конкуренции. Никто не говорит, что не надо знать лучший мировой опыт и ошибки реформаторов в других странах. Польза от знаний об определенных шагах конкурентов, конечно, есть, однако вслепую повторять иностранный опыт и игнорировать русскую ментальность не только непатриотично, но и глупо. Представляется, в православном русском предпринимательстве сокрыты громадная мудрость и жизненная сила. Ведь это так?

С. В.: Когда нам навязывают следовать иностранному опыту, да еще бездумно, главное, чтобы Россия не разрушилась. Слава тебе Господи, Россия жива. Она выстояла в испытаниях XX в. И сейчас русский человек живет материально богаче, чем когда-либо в своей истории. Русский народ не пропал и развивается по выбранному пути. И Бог нас, русских, любит.
Однако то предпринимательство до 1917 г., о котором Вы вспоминаете, следует признать, и разрушило императорскую Россию. Кто тогда становился предпринимателем в русской деревне? Это был крепкий хозяйственник, более удачливый и с бόльшим количеством сыновей, умевший сохранить урожай. Это кулак-мироед. Он уже никогда не работал, содержал банду людей, которые «вышибали» долги, так называемых подкулачников. Такой кулак весной давал крестьянину мешок семян в долг, а осенью хотел получить за него два мешка. Урожаи в Черноземье России были невысокие, в лучшем случае «сам 3» или «сам 4». Так кулак получал 100 % прибыли за полгода или 200 % годовых. Это мы называем русским предпринимательством? А если посмотрим на городских предпринимателей? Они организовали свержение царя и его убийство. А иллюстрацией, как вели себя предприниматели, служит расстрел рабочих на Ленских приисках. Рабочие просили хлеба и работы, а предприниматели прислали солдат и пули.

КиР: Сергей Евгеньевич, владельцами Ленских приисков были не совсем русские люди…
С. В.: Это было в Российской империи и управляющие были русские. Зачем солдаты стреляли в женщин и детишек? Понятно, что это было искушение. Бес всех подвел. Мы это понимаем. Разве солдаты были нерусскими? Расстрел есть расстрел. И что, кого-то за это наказали?
Убили русского императора Павла I. Может, Александр I не знал, как свершится переворот? Не знаю, что знал Александр I. Но для меня факт – убийц отца он не наказал. Где справедливость? Где христианская честь государя?

В православном государстве, если предприниматели не хотели платить деньги, то они стреляли в народ. Так и скажите.
Вот мы говорим, несчастный император Николай II в 1917 г. потерял власть. А была ли у него власть? За четыре месяца до свержения убили его любимого друга, и опять никто не понес ответственность и не был наказан. Николай II царствовал или был декорацией? Распутина убили. И это власть? Это государство? Это страна? Получается, Николай II уже не был руководителем страны. И не надо было его свергать, а тем более убивать.
Давайте подытожим: для меня одна из традиций православного предпринимательства в царской России, где были православные проститутки, православные воры, православные убийцы, православные жандармы и т. д., это когда народ хочет лишку, то в него следует стрелять.

КиР: А православная честность?
С. В.: Никогда не видел. Приведите пример. Я такого в предпринимателях не видел. Скажите мне, как можно быть православным вором? В России 97 % русских людей были православными. Вы же читали Толстого «После бала»? А потом удивляемся, почему жгли дворянские усадьбы.
Когда все в стране держится на страхе, жестокости и терроре, неудивительно, что страна рухнула.
Конечно, отдельные порядочные православные предприниматели были. Однако, когда дело касается больших православных масс, да и не православных тоже, - мы же знаем, как бывает. Вот весь иерусалимский народ на Вербном воскресении произносит: «Осанна!», а уже через три дня кричит: «Распни его!» И кого мы должны считать православным? Того, кто кричит: «Распни его!»? Или того, кто произносит: «Осанна Сыну Давидову! Благословен Грядущий во имя Господне! Осанна в вышних!»? В какой момент они настоящие? Когда они себя изменили? Я не знаю, кто из них настоящий иерусалимский иудей или православный. Не знаю…

Я не исключаю, что в России было большое количество верующих людей: верующих предпринимателей, кроме того верующих жандармов и верующих великих князей. Все были верующие, но, как только в армии отменили причастие, никто в церковь не пошел. Так когда солдаты были православными? Когда в 1914 г. на Дворцовой площади преклоняли колени перед императором или когда они сказали ему «пфу!» и штыками кромсали тела невинных царских дочерей и прислуги в доме Ипатьева?
Странные у нас в России традиции. Совсем недавно была традиция ходить с бутылкой пива. Сейчас не ходят – прошла. Традиция – это некое отличие. Традиции зарождаются в семье. Я помню, как обедали у моей бабушки: на столе супница, все помолятся и лишь затем начинают есть суп. Эту традицию я не могу возродить. Я глава семьи, всех пою-кормлю, но не в силах возродить традицию моей бабушки. Сейчас сидящие за столом не молятся, все выхватывают из холодильника и едят. У меня не получается соблюдать традиции. Пища та же, серебряная посуда осталась – а традиция ушла.

А вот Н.С. Хрущев возродил традиции расстрела. Вы же помните, как при нем в Новочеркасске расстреляли рабочих, просящих зарплату. Ни Сталин, Ни Берия, ни Троцкий не расстреливали мирные демонстрации. Вот Хрущев и стал потихоньку восстанавливать православные традиции в предпринимательстве. Дети булку просили, а их расстреливали. Как у В.И. Ленина есть титул «восстановитель патриаршества», так и у Хрущева – «восстановитель православных традиций предпринимательства». Для меня это самое главное.
У меня на заводе есть станки XIX в., на них рабочие так же плетут нитку, получают зарплату. Но я в людей не стреляю – нет ружей. А по дореволюционной традиции я мог позвать урядника и сказать ему: «Что-то у меня рабочие забастовали. А придите-ка вы на завод с винтарями».
Поэтому для меня одна из традиций православного предпринимательства – это чуть что – стрелять в рабочих.

КиР: Несомненно, у Вас, Сергей Евгеньевич, оригинальное определение традиций православного предпринимательства.
С. В.: Восстанавливал их Хрущев, и близко подошел Б. Ельцин. Он, как известно, красиво стрелял по Белому Дому, когда там засели альтернативные политики. Не знаю, как я бы поступил. В 1996 г. я был кандидатом в губернаторы Санкт-Петербурга и понимал, что либо Ельцин, либо Хасбулатов–Руцкой, а это вообще не люди! Грех, конечно, но человеческий облик они потеряли в детстве. Господь про таких говорил: «Это камни». Ельцин, каким бы он ни был, передал власть В.В. Путину в присутствии Патриарха. Если что в России произошло в присутствии Патриарха – для меня это полная легитимность.

Сейчас мало кто помнит, что за люди засели тогда в Белом Доме. Ужасно, когда в европейской столице стреляют в людей. Ужасно, но альтернативой были Хасбулатов и Руцкой. Я знаю, во что это превратило бы страну. Я их видел и знаю, что это за люди. Они намного больше были готовы расстрелять миллионы людей, чем любой царский урядник. Они представляли революционеров и древние кланы, подобные клану Я. Свердлова.

КиР: А могли бы Вы отметить в Петербурге и СЗФО РФ кого-либо из современных православных предпринимателей?
С. В.: Я не могу никого отмечать. Но по себе знаю, что раз строятся большие храмы, как у нас в Санкт-Петербурге, раз строятся подворья, и 500 православных храмов построено по всему миру – значит, это сделали православные предприниматели. По копеечке со всего мира ничего не соберешь. Именно православные предприниматели покрыли нашу землю православными храмами. Я их не знаю. Их знает только Господь.

Вот Вы ищете проявление православного предпринимательства. Для меня люди делятся на христиан и антихристиан. Не надо упрощать сложное и усложнять простое. Давайте оценивать людей относительно Церкви. Одни зайдут и поклонятся, другие не взорвут, но плюнут, есть люди, которые пройдут мимо и не взглянут, другие пройдут и перекрестятся, а есть люди, которые из храма не выходят. Все люди разные. Христиане разные и нехристиане тоже разные. Ближе всех к нам из нехристиан – мусульмане. По смыслу ближе, чем католичество и протестантизм. Я так думаю. Про остальных я ничего не могу сказать. Дают нам возможность молиться, не взрывают наши церкви, не преследуют христиан – это хорошо.

А когда Вы спрашиваете меня о стилях в бизнесе: во всем мире сейчас доминирует один стиль – ростовщически-иудейский. Даже в самой суннитской стране Саудовской Аравии – и там будет тот же стиль. Никуда не деться от международных банков и владельцев мировых денег. Они контролируют ваш выход в мир.
На территории завода АТИ все православные, а за воротами – бандитский мир. Здесь я хороший, а там за забором кто я? Как можно торговать нефтью и быть не связанным с владельцами мировых денег? Невозможно. Сталин сделал экономику РФ суверенной, сейчас то же пытается сделать В.В. Путин. Революция 1917 г. произошла потому, что в стране все уже было чужое, а не наше. Чтобы не было революции в России, Путин пытается отделиться от мировых банков. Хотите работать в России? Опирайтесь на собственные силы и будьте полезны России.

Вот у нас часто восхваляют английских капиталистов. Да они раньше всех совершили буржуазную революцию, создали демократические институты у себя на острове. Но когда они приехали в Америку, они отбросили все демократические нормы капитализма и организовали даже не феодализм – рабство. И после этого мы будем восхищаться английскими предпринимателями? Изучая английский капитализм, мы должны осознавать, что он в любой момент может создать рабство. Вот отличительная черта английских предпринимателей. У них не только антихристианское поведение – они в любой момент организуют «человекоедение». Главное в англичанах не котелок, большой живот, сигара, увлечение спортом. Главное, что они в любой момент могут организовать рабство и начать убивать людей. Не удивительно, как в центре капиталистической Европы к власти пришел Гитлер. Он же людоед. У англичан вся демократия на публику, а внутри – людоеды.

Англичане придумали в Америке рабство и 200 лет продавали рабов. Сейчас в США последний аргумент – стреляй в демонстрантов. Это капиталистический аргумент или антихристианский? Я так же, как и Вы, поддерживаю мысль, что у К. Маркса в экономике нет человека. Маркс не против того, чтобы сделать человека товаром. Класс!
Я не против изучения капиталистического общества; надо понимать, как к власти приходят через выборы, а потом начинают есть людей. В любой момент, когда англичане проберутся в Россию, они будут готовы нами торговать, так как у нас хорошие гены. Им не понравились индейцы, и поэтому они начали торговать неграми. Сейчас англичане скажут, что плохие гены у континентальных европейцев, и начнут торговать русскими. Это и есть признак капитализма. Разве в США в южных штатах был капитализм?

КиР: Русская Цивилизация неотделима от православия.
С. В.: Я был в Китае три раза, так вот там большевик, русский и православный обозначаются одним иероглифом. Китайцы эти понятия не различают, так же как европейцы называют всех выходцев из СССР русскими.

КиР: А можно ли восстановить или развивать Русскую Цивилизацию без православных предпринимателей?
С. В.: Вопрос философский и глубокий. Я не знаю, стоит ли ее восстанавливать.

КиР: Мы же видим: реально Россия восстанавливается, поднимается с колен и повышает свою привлекательность в глазах жителей многих стран.
С. В.: Господь ничего об этом не говорил. Мы, православные люди, самые пессимистичные. Мы знаем, что у нас в конце будут пришествие Антихриста, Страшный суд... Мы можем только задержать эти события. Притормозить, но не избежать. У нас есть выбор: может быть, скольжение вниз, а может быть, плато-фаза. Путин сейчас пытается сохранить мир. В истории России никогда не было движения к высшему. Я вижу высший расцвет нашего государства в период правления Ивана Грозного. Вершиной, когда оно было полностью пронизано православным духом, когда ничто не могло случиться без Божьей воли. Для меня это вершина, после которой началось скольжение. Первый удар по православной цивилизации нанесли Романовы, ну а потом уже многие.

КиР: А почему в Петербурге, культурной столице, нет православного вуза?
С. В.: Если отбросить подготовку православных священников, православное образование в России было поставлено так, что среди преподавателей мы не найдем истинно православных людей. Все революционеры оттуда вышли.

КиР: Да, многие учились в семинариях и духовных академиях.
С. В.: Достаточно посмотреть на книги, которыми были насыщены библиотеки учебных заведений. Одна энциклопедия Брокгауза и Эфрона чего стоит. Там Сергию Радонежскому посвящено четыре строчки, а какому-то Бляхману, который перочинным ножиком зарезал учителя в минской гимназии за то, что тот ему не понравился, – четыре страницы. Это великий революционер-гимназист – ткнул перочинным ножиком своего преподавателя.
В таких библиотеках не было православных книг, а было одно растление. Об этом прп. Иоанн Кронштадтский говорил неоднократно. А как он писал о революции 1905 г. и французских требованиях, о собраниях в Госдуме. Все святители, как один, отмечали, чему учат наших детей. Эта система образования подготовила революцию 1917 г. Мы что, снова готовим революцию в России?

И сейчас в школах и вузах есть растление. В духовной школе есть такой «Фанов», который все рассуждает, что лучше бы пришел Власов.
Я такие семинарии не хочу, я такие университеты не хочу, я не хочу такие бурсы. НЕ-ХО-ЧУ! Там нет духа – одна схоластика. Там не учили людей молитве. Когда семинаристы из таких бурс видели молящегося преподавателя, они удивленно вопрошали: «Вы, интеллигентный человек, верите в Бога?» Вы назовите мне, кто из интеллигентов в 1917 г. верил в Бога? Кто?

КиР: Судя по оргиям в квартире В. Иванова, в Бога там никто из интеллигентов не верил. Там царил разврат, самый разнузданный.
С. В.: Непонятно, кто сейчас будет преподавать в православном вузе. И что преподавать в таком вузе?Я не знаю, какое будущее у православной России.
Сколько раз причащался разбойник?
А где училась Мария Египетская?

КиР: Как же тогда православной России конкурировать в мире?
С. В.: За нас все проконкурирует Господь. И СМИ, и предпринимательство, и любой человек, если он называет себя православным и хочет конкурировать в этом мире, то всегда проиграет.
Невозможно конкурировать с такими людьми, как Б. Березовский, который сказал: «Если мне заплатят, то я готов торговать мамой!»
В наших СМИ есть все: и порнография, и слово Божье. Поэтому я знаю, что мои передачи на радио «Православное радио Санкт-Петербурга» и статьи в журнале «Православный летописец»  проигрывают в конкуренции за деньгами современным российским СМИ. Я занимаюсь предпринимательством с 14 лет и понимаю, что значит честное слово. Когда тебе верят или нет.

КиР: Конечно, многие наши СМИ не вызывают доверия. Те, кто ими владеют, либо просто зарабатывают деньги на интересе людей к низменному, либо за промывание мозгов в интересах заказчика.
С. В.: Я вырос в среде, где верили на слово. Никакие расписочки я не подписываю.
У мусульман мораль будет повыше, чем у многих христиан. В отдельных штатах США моральные принципы тоже высоки, а в Нью-Йорке царит аморальность.
Само мусульманство я знаю не очень хорошо. Знаю русское мусульманство. И людей честнее, чем русские мусульмане, с которыми я общался, - не видел. Да, они глубоко верующие люди. Почему они поступают по справедливости и держат слово, я не знаю, но это так.

О православных предпринимателях XIX в. знаю немного. Знаю, самый крупный храм на Афоне поставил купец Серебряков. Он взял и построил. И сейчас они есть, иначе мир бы разрушился. Мир стоит лишь благодаря тому, что есть православные люди. Они есть в Петербурге, в Москве и за границей.
Надо понять, куда мы хотим попасть? В царскую Россию? В федерацию Россия? В Россию Временного правительства? В имперскую Россию? Мне нравится Россия времен Ивана Грозного, Павла I, Александра III. У нас есть Русская Православная Церковь, и она укажет, куда нам идти. 

Три часа беседы с православным предпринимателем пролетели очень быстро. Сергей Евгеньевич убедил в продолжении традиций православного предпринимательства в России и в важности их исследования, как одного из важнейших моральных и нравственных факторов нашей привлекательности, а значит, и конкурентоспособности, на страницах журнала «Конкуренция и рынок».

Конечно, русское православное предпринимательство в стиле Российской империи полностью не возродить – многие условия для него сильно изменились.
Продуктивное исполнение национального интеллектуального капитала требует выработки русского стиля предпринимательства XXI (РСП-XXI). Каким он будет? Из-за границы он точно не появится, а значит – нашим предпринимателям предстоит выработать его на фундаменте православного стиля в условиях жесточайшей конкурентной борьбы на мировых рынках. Нам, русским, привычно биться с супостатами, и новый РСП-XXI непременно появится.