Олег Ожерельев. Программы есть: что дальше?

Россия — в преддверии президентских выборов-2018. Политологи, экономисты уже выступают с прогнозами, анализом, оценками и программами социально экономического развития страны.

Свой взгляд предлагает и доктор экономических наук, профессор Олег Ожерельев. Бывший декан экономического факультета Ленинградского университета (ЛГУ) и экс-помощник М.С.Горбачева по экономике известен как разработчик  концепции бюрократо-феодального капитализма — уникального сплава феодализма, капитализма и авторитаризма с примесью криминала. По мнению О.Ожерельева, представители государственных структур превратились в «совладельцев» абсолютно во всех формах собственности в стране. Это стало результатом насильственно ускоренного разрушения госсобственности СССР и наделения ею частных лиц, сумевших приблизиться к исполнительной власти на всех ее уровнях — от федерального до местного. Произошла мутация сущности государства как выразителя интересов всех избирателей. Без понимания и учета этого обстоятельства невозможно создать ни одной эффективной программы развития России.
Эту точку зрения Олег Ожерельев представил и на недавнем международном экономическом конгрессе в Санкт-Петербурге (СПЭК-2017).

На сегодня в России высказано столько умных идей и конкретных предложений, что из них однозначно можно сконструировать замечательную программу достижения у нас в стране за пять-десять лет процветающего общества с самыми передовыми научно-промышленными технологиями и социальными условиями жизни.
Беда только: говорится много — и почти ничего не делается. И для кого все эти мысли вслух? Дискуссии-то настоящей нет! Потому что всем экспертам, вроде бы, понятно, что именно надо делать. Может, это не понятно высшему руководству и потому экономика страны продолжает стагнировать?

Да нет! Президент выдвигает правильные идеи. Или вот наш премьер. Почитайте его выступления — и вы увидите, что практически все, что сегодня предлагается «реформаторского», у него уже давно сказано. И все эксперты, и граждане были, в общем, согласны, все говорили: «Очень здорово!»  В чем же дело? Почему воз и ныне там?
Высказываемые общие «правильные идеи» и программы, к сожалению, не учитывают отсутствия механизмов их реализации и контроля за исполнением даже распоряжений самого высшего руководства страны, не говоря уж о предложениях и программах научно-экспертных сообществ.

Для выявления корней сложившейся ситуации надо, прежде всего, понять политико-правовой строй, в котором мы живем. Надо задаться вопросом: У нас какой политико-экономический строй? Такой же, как в Соединенных Штатах Америки?  Или такой же, как в Германии?
Да нет! Конечно же, нет! — У нас что, социализм? — Нет! — Капитализм? — Нет! — Феодализм? — Нет! И в тоже время элементы всех формаций присутствуют.
Пришедшие в начале 90-х годов к власти под знамёнами демократии Ельцин, Гайдар и их соратники заложили основы принципиально нового способа производства, исторически новой формации — государственно-феодального капитализма.

Какие же основные характеристики государственно-феодального капитализма? — В политике — это неконкурентная концентрация власти, ее неподотчётность гражданскому обществу и отсутствие обратной связи между Центром и местами. В политико-экономическом содержании - это не просто глубокое проникновение власти в экономику, а  срастание государственного чиновника и экономического бизнеса независимо от формы собственности, ведущее к трансформации, как самого государства, так и всех форм собственности, к их мутации. Производство и потребление, как присвоение, так и использование, — стали невозможны без соучастия представителя власти, его личной заинтересованности в той или иной форме. Главным мотивом производительной деятельности, основным экономическим законом государственно-феодального капитализма является извлечение бюрократоренты: без личной (клановой) заинтересованности представителя власти практически любое  производство неизбежно будет задавлено и постепенно зачахнет.

Мы должны абсолютно точно высветить сущность государственно-феодального капитализма. И, соответственно, пока составители предвыборных программ  не признают реальность мутирования  и частной, и государственной собственности в производстве и обмене, сращивание власти и бизнеса —  и в этой парадигме не начнут исследовать, — новостарое руководство страны  не сможет устранить сдерживающих факторов развития России. Все  будет болтовня. Все в песок.
Именно бюрократо-феодальный капитализм как стержень политико-экономической системы новой России стал фундаментальной причиной катастрофического падения страны в 90-е годы, а теперь — затяжной, беспросветной стагнирующей стабильности.

Как у политико-экономического строя, здесь в 90-е годы были созданы две фундаментальные компоненты:
1. Политико-правовая — это Конституция, написанная «под Ельцина», в которой закреплённые ранее в 6-й статье роль и управленческие функции КПСС передавались теперь Президенту и, фактически, исполнительной власти под патронажем Администрации Президента.

Заложенные «под Ельцина»  Конституционные основы монополии влияния администраций глав государства, регионов и муниципалитетов на все ветви власти превратили демократическую атрибутику лишь в ширму для большевистского инструментария преобразования собственности и реконструкции авторитарных механизмов власти: все вывески демократии соблюли, а содержание противоположное.

Исполнительная власть оказалась не просто выведенной из-под необходимого контроля представительной и судебной ветвей, а подчинила их себе. Механизм сдержек и противовесов перестал работать. В итоге — утеряна возможность правового влияния гражданского общества на власть. Наступил Золотой век бюрократии.
Выход из этого можно осуществить, прежде всего, через внесение необходимых корректив в Конституцию РФ и далее, уже путём внедрения новой практики взаимоотношений трёх ветвей власти. Сейчас требуются изменения Конституции, которые бы обеспечивали необходимый баланс ролей судебной, законодательной и исполнительной властей. И требуются также изменения в Конституции, которые бы обеспечивали баланс интересов Центра и регионов. Частично полномочия и бюджеты должны быть переданы в регионы, а что-то должно быть очень четко закреплено за Центром.

Это я называю «изменением сверху»: мой первый тезис: нужны изменения в Конституции. Точка. Без внесения корректив в выстроенную иерархию ролей ветвей государственной власти все самые смелые и научные программы и концепции, даже высказанные на Санкт- Петербургском экономическом форуме, для Президентского уха останутся маниловщиной.

И другой тезис - прозрачность. Проблема с прозрачностью в том, что, когда власть  декларирует цели — это звучит как благое пожелание. Это — необязательно. Нужна объективная статистика выполнения всех программ и обещаний власти.  Где 7%  ежегодного экономического роста обещанного и провозглашённого в нулевые годы?
Нужны ясные инструменты, механизмы  по высвечиванию слияния представителя власти и собственности, ограничения возможности чиновника в присвоении частной и государственной собственности.  Да, на чиновника даже работающего как раб на галерах  нужно «навести прожектор».

Какие-то шаги делаются в этом направлении. К сожалению, это часто не отмечается. Деофшоризация. Валютный контроль. Контролирование инвестиционных компаний. Декларация собственности. Это шаги правильные. И в этом направлении их надо продолжать.

В рамках этого надо предложить дальнейший контроль гражданского общества за доходами и расходами неэкономических агентов. Чтобы всякий чиновник, который покупает машину, яхту,  не мог это сделать, не показав источник доходов не просто своему начальнику, а это должно быть в публичном доступе. Как в отношении государственных чиновников, так и менеджеров госпредприятий. Причем, повторяю, расширение публичной прозрачности доходов и расходов включая менеджеров госкомпаний. Надо посмотреть, как они живут и откуда у них доходы. Как используется служебный транспорт, включая авиа, и на какие деньги они летают на частных самолетах и вертолётах. Дело тут не в мелочной экономии, хотя в условиях сокращения расходов на здравоохранение и это имеет значение. Но главное - это даст возможность высветить иллюзорность, мистификацию государственной формы собственности, фактически превращённую в бюрократо-клановую.

2. Экономическая — путём фактической раздачи советской, так называемой «общенародной», собственности людям, оказавшимся по тем или иным причинам приближенными к администрациям, власти: родственники, друзья и вообще те, кто мог делиться. В ходе этой раздачи советского имущества главный атрибут феодализма — КОРМЛЕНИЕ — был неотъемлемым условием и стал функцией новой собственности. Это глубинная сущность новой формации — бюрократо-феодальнокапиталистического политико-экономического строя. В производстве и торговле частная форма собственности в классически капиталистическом  виде стала невозможной, поскольку без покровительства и, соответственно, участия представителя власти в доходах предприятия - ни производство, ни торговля невозможны. Сращивание административно-государственной власти с бизнесом происходило одновременно на всех её уровнях с верхнего звена до самого нижнего. Родился механизм кормления «бюрократов-родителей», превращения их в класс рантье, жирующего за счёт своего административного ресурса. Современные госуправленцы-аппаратчики не только превратились в «совладельцев» государства, подчинив себе весь процесс формирования всех структур власти, но и, подмяв под себя весь сколько-нибудь значимый бизнес, цинично «отжали» в лично-клановую собственность наиболее лакомые куски государственного «пирога».

Этот феномен подробно описан мной в книге «Идеалы и преступления. Новейшая история России. Диалектика событий и личностей» .
И пока в программах не будут учитываться особенности нынешнего способа производства как крутой  закваски феодализма, капитализма и авторитаризма с примесью криминала, до тех пор все благие пожелания наших экономистов и наших политиков так и останутся нереализуемыми.

Элементы капитализма есть, потому что все подчинено прибыли. Включая всю работу чиновников. Они идут в госструктуры, как правило, для того, чтобы получать не столько зарплату, сколько бюрократоренту. Наступил «Золотой век бюрократии» — все стороны общественной и государственной жизни страны подчинены частнособственническому присвоению власти.

Элементы социализма — тоже в наличии. У него заимствовано подчинение всех ветвей власти и механизма их формирования — авторитарно-бюрократической вертикали исполнительной власти. Отсюда — монополия исполнительной власти (по значительно ухудшенному образу и подобию КПСС) в экономике и политической жизни общества.
А элементы феодализма, прежде всего — система рентных отношений? Конечно же, есть и они. Потому что, например, приходит в регион новый губернатор. И сразу меняет всю команду, призванную переподчинению себе всего подведомственного  бизнеса. И вот уже начинает действовать система кормления новых чиновников, новых силовиков и так далее. В общем, нового руководства, которое пришло «на губернию».

Скажем, был в Москве мэром Юрий Михайлович Лужков. Жена стала миллиардером. Не было ни одного случая, чтобы он или жена проиграли дела в судах. Он пользовался огромным авторитетом, рейтинг его был запредельно высок. И его отставка осенью 2012 года, инициированная «сверху», это один из примеров, раскрывающих, по-моему, элементы феодализма в иерархии власти.

Во-первых, сама причина отставки — многоговорящая. Несмотря на то, что к тому времени давно накопилось множество оснований, по которым необходимо было провести кадровую чистку в Москве, освободили Ю.М. Лужкова от должности, по словам тогдашнего премьера В.В. Путина, за то, что он не наладил отношения с начальником (президентом в то время был Д.А. Медведев). И как результат — он был снят с поста с формулировкой: «В связи с утратой доверия».

Во-вторых, новоназначенный мэр — Сергей Собянин — получил неограниченные права на полную замену властной элиты Москвы со всеми вытекающими из этих перемещений экономическими последствиями для бизнеса и собственности. (А все дела в судах семьёй бывшего стали, почему то проигрываться).
В данном случае дело не в том, правильно ли это решение по сути или нет. Важно понять и констатировать принцип функционирования власти. С одной стороны, верховная власть — авторитарна, но, с другой стороны, на каждом уровне начальник имеет властные и экономические права и обязанности, во многом схожие с правами и обязанностями феодала. Замены властных элит неизбежно ведут к переделам собственности и перезакреплению бюрократоренты.

Или, например, Александр Лившиц, в бытность свою министром финансов при президенте Ельцине, как-то бросил крылатую фразу в отношении бизнеса: «Надо делиться!» Вы что, думаете это фраза черномырдинского типа: «Хотели, как лучше, а получилось, как всегда?» Да нет. «Надо делиться!» — характеристика нового способа производства, который уже выстраивался тогда в России.
С кем надо делиться? С бюрократией, конечно! С начальством.
Кому надо делиться? Бизнесу.

В итоге, сегодня у нас в России нигде нет частной собственности в чистом виде. Потому что любой бизнес может существовать только тогда и там, когда и где он либо «крышуется» кем-то из начальников-чиновников, либо в нем участвуют их дети, прочие родственники или друзья.
Местные власти, поглощая мелкий бизнес, являют собой местных олигархчиков. Региональные (за исключением столиц) — подчиняют себе средний бизнес. А крупный бизнес контролируется отдельными представителями федеральных властей и властями столиц, образуя вершину олигархата.
Бюрократо-феодализм - это  есть характеристика системы или нет? Я думаю, что это есть глубинная существенная характеристика политико-экономического устройства страны.

Таким образом, все предложения и все идеи на тему «Как нам обустроить Россию» должны, прежде всего, обязательно исходить из понимания необходимости конституционного изменения ведущей к загниванию сущности существующего в России политико-правового устройства. А оно— как вы видите, очень специфично.
Если не будут учитываться реалии способа производства, то все благие пожелания наших экономических светил, которые повторяют свои заклинания-рекомендации с незапамятных времен — многие из них я помню наизусть — так и останутся нереализуемыми и нереализованными. Потому что «что-то мешает их реализовать». Надеюсь, вы поняли, что?

Например, С. Глазьев, выдвигает много самих по себе  очень правильных идей. Но речь идет лишь о том, что нам нужно больше государственной собственности и не рассматривается её мутация, в какой правовой и практической форме функционирует эта государственная собственность.
Вообще говоря, всем сторонникам расширения госсобственности надо задать вопрос: «А какие конкретно меры (кроме увещевания чиновников как в басне «Кот и повар») предлагаются для повышения эффективности существующей госсобственности и той, которая будет национализирована и создана за счет новых государственных инвестиций?»

То есть, существующие бизнесы — есть эффективные, есть неэффективные. Есть разные примеры: есть более эффективные, есть менее эффективные. Есть госбанки, которые как-то расширяют свою сеть — Сбербанк, условно говоря, а есть госбанки, которые постоянно требуют вливания бюджетных ресурсов, при этом лидируют в рейтинге оплаты госменеджеров. А есть ли у них еще какие-то доходы, мы не знаем. Спекуляции есть всевозможные. Но почему мы об этом от оппозиционеров типа Навального узнаем? Если есть наемные работники госкомпаний, почему полная информация, структура их доходов и  расходов  не видна гражданскому обществу? Или кому то она видна, но их яхты, дворцы и имения на фоне нищающего трудового населения не беспокоят? Кто  и на каких условиях помогает отдельным гражданам перекачивать многомиллиардную природную ренту народа России в карманы честных олигархов тут же покупающих яхты за 400 миллионов долларов??? Это нормально? Это может способствовать решению выдвигаемых программ и задач выхода из стагнации? Увеличению пенсионного возраста и сокращению расходов на оборону и здравоохранение -   это конечно не помеха, а вот увеличение темпов развития экономики хотя бы до среднемировых - явно недостижимо.

Вот на этом надо концентрироваться. Как эту госсобственность сделать экономически эффективной для всего общества, а не только для элиты власти, переместить ее в рыночное поле. Заставить всех реагировать на рыночные сигналы, а не на сигналы личных интересов государственных (якобы)  чиновников. Это не значит, что она не может социальную функцию выполнять, но эта социальная функция должна быть прописана. И уж никак эта социальная функция госсобственности — не есть обогащение и купание в роскоши менеджеров этой госсобственности. Во всяком случае, официально такой тезис никто не выдвигал.

Если политическая элита России решится на реальное изменение роли представительной и судебной властей, тогда Будущее России — в создании лучшего в мире правового поля для бизнеса, заниматься которым при желании сможет любой гражданин, вне зависимости от его близости к так называемой «элите власти». Бизнесы всех форм собственности должны быть подвластны не исполнительной власти, а только закону, иметь в государстве равные возможности — это позволит им  действительно честно (на основе общего права) состязаться друг с другом.

Я — против скепсиса в отношении настоящего, истинного духа российского предпринимательства. Уберите деформирующее влияние феодалобюрократии на бизнес — и вы поразитесь и масштабам привлекаемых инвестиций, и темпам, и качеству экономического роста.

Если произойдёт чудо – гражданскому обществу или представляющего его интересы Президенту - удастся оторвать исполнительную власть от её главной на сегодня цели — бюрократической ренты, то какие шаги или меры предпринять?

Первое. Сформировать Правительство, способное предложить для бизнеса и разработчиков новых технологий, — лучшие финансовые инструменты и благоприятные условия, а для граждан, мелкого и среднего бизнеса — равенство стартов и равенство всех перед законом.

Второе. Вернуть уверенность инвесторам внутренним и внешним. Экономика нуждается для роста в большом количестве условий и институтов, но одна предпосылка все же играет решающую роль — приток инвестиций начинается там, где есть объективная судебная система, обеспечивающая правовую конкуренцию (что бы не надо было стремиться в Английское правовое поле).

Третье. Создать лифты для молодежи — социальные, политические, экономические. Обеспечить молодым специалистам гласное конкурентное равенство возможностей продвигаться в руководство страны и госкомпаний независимо от родственно-клановых связей.

Четвертое. Не допускать дискриминации по национальному признаку. Сегодня в экономике психологические особенности разных национальностей (например, в способности дачи взяток)  могут порой приобретать реальное значение и провоцировать межнациональные конфликты.

Пятое. Пресекать развитие психологии нахлебников, привычку жить в расчете на благодеяния родственников, клана, государства или помощь Запада.

Шестое. Развивать в России крупные отечественные финансово-промышленные агломерации, масштабы которых должны соответствовать мировым тенденциям.

Седьмое. Постоянно задаваться вопросом, как обеспечить такое использование богатейших природных ресурсов для  развития страны, чтобы по качеству жизни народа и научно-технического потенциала мы, как минимум, держались на равных с крупнейшими экономиками мира.

Вот тогда благие пожелания прокламируемые на форумах и в посланиях превратятся в программы , и процветающая Россия станет раем и для бизнеса и для народа, территорией нашей гордости и не страха, а притяжения нашего зарубежного окружения.