США — Иран: Дело к войне, которой не может быть

Итак, после официально признанного высшими должностными лицами США убийства командира иранского Корпуса стражей исламской революции генерала Касема Сулеймани над мечетью Джамкаран в священном городе Кум поднят красно-белый флаг мести. Это у шиитов он такой, у суннитов чаще присутствуют зелёно-белые и белые цвета. Но главная символика и там, и там одинакова: флаг остаётся на месте до тех пор, пока месть не свершится. Скажем, в Афганистане и десять лет спустя после вывода наших войск обочины дорог были усеяны повязанными то там, то сям зелёными и белыми лентами. Это значит, что давно павший шахид всё ещё ждёт своего отмщения.

Нагнетание напряжённости

В общем, всё серьёзно со стороны Ирана. Хоть и символично. Но кто сказал, что какая-либо психологическая мотивация не полезна во время войны? Вопрос в данном случае состоит в другом: а будет ли война?

С одной стороны, вопрос странный. Разве она уже не идёт? Психологическая и идеологическая — уж точно. Политическая — безусловно. Обещание сокрушительного удара возмездия со стороны президента Ирана Хасана Рухани и министра обороны Амира Хатами — само по себе акт серьёзный. Политики такого ранга просто не разбрасываются подобными угрозами. Не имеют права.

Налицо также и нагнетание чисто военной напряжённости между Ираном и США.

Так, в иракской провинции Ниневия обстреляна американская военная база. В провинции Анбар бойцы иракской шиитской проиранской группировки «Хизбалла» сбили американский разведывательный беспилотник. Обстреляна американская авиабаза Балад. Какие-то явно неорганизованные ракеты упали на территорию посольства США в Багдаде. Событие, ранее, безусловно, вызвавшее бы повышенное внимание, ныне прошло практически незамеченным — настолько мир застыл в ожидании чего-то куда более серьёзного.

Со своей стороны, США также продолжили наносить авиаудары по проиранским прокси в Ираке. И довольно удачные: прошло сообщение о гибели ещё одного иранского генерала среди бойцов из группировки «Хашд-Шааби».

Что более значимо с военной точки зрения — сообщается, что в Персидский залив зашла корабельная группа США во главе с универсальным десантным кораблём «Батаан». Это не авианосная ударная группировка, но тоже военно-морская силища, требующая уважения. Пишут также, что из Форта-Брэгг на Ближний Восток отправлены подразделения 82-й воздушно-десантной дивизии армии США в количестве 3 тысяч человек. Вместе с ними Штаты доведут численность своего контингента в регионе почти до полусотни тысяч военнослужащих.

Тем временем в Ираке и вокруг

В политическом смысле важное событие должно произойти сегодня в Багдаде. Здесь парламент этой страны должен решить вопрос о выводе американских войск из Ирака.

Каково будет решение, пока неизвестно. В конце концов парламент, как и вся страна, расколот на три фракции, две из которых являются более или менее верными союзниками США. Но следует, видимо, напомнить, что с 2011 года действует формальное решение об окончании режима оккупации Штатами Ирака, начатой вторжением в 2003 году.

С тех пор американский контингент считается квазисоюзным, пребывающим на территории страны с согласия её руководства. Потому требование о выводе этого контингента, озвученное от имени полномочных представителей народа Ирака, будет означать весьма сильный политический удар по США. Как в регионе Ближнего Востока, так и вообще.

Не факт, что Вашингтон это решение выполнит — точнее, факт, что не выполнит, — но легитимность американского пребывания в центре событий между Ираном, Ираком, Сирией и США будет существенно подорвана. А действия всех антиамериканских — и прежде всего проиранских — движений и группировок против американских военных в политическом смысле приобретут характер освободительного движения. В некотором смысле оно уже идёт: из Багдада поступают сообщения об отстреле проамериканских активистов неизвестными лицами.

Растёт беспокойство среди иностранных государств — как в регионе, так и далее.

Сигнал о своём нейтралитете подал верный дотоле союзник США на Ближнем Востоке Саудовская Аравия. Её наследный принц Мухаммад бин Салман Ас-Сауд, как сообщается, позвонил президенту Ирака, чтобы обсудить, по официальной версии, меры по предотвращению дальнейшей эскалации. На деле, разумеется, это попытка передать иранцам, что Сауды не при делах в убийстве Касема Сулеймани, то есть отвечать за американский теракт не хотят.

Ещё более прямо «сдал» США их формальный союзник по НАТО президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Суннит, он, однако, не только выразил сожаление по поводу гибели иранского генерала, но и, что важно в исламе, признал его, шиита, мучеником. Напомним, что нынешний раскол в мусульманском мире стал окончательным 10 октября 680 года с уничтожения суннитами родного внука Пророка — имама Аль-Хусейна ибн Али аль-Кураши в битве при Кербеле.

Есть также сообщения, будто сами американцы несколько завиляли и передали в Тегеран через министра иностранных дел Катара предложение о деэскалации. Своё посредничество предлагал и МИД Омана. Возможно, это просто информационные вбросы, но они находят подтверждение в ряде американских источников. Не напрямую, конечно, но в самих США звучат довольно авторитетные призывы подать Ирану сигнал о примирении, в том числе через снятие с него санкций. Как это потом изобразить взаимной победой — дело профессиональных пропагандистов.

Пишут также, что в конгресс США уже внесён законопроект бывшего кандидата в президенты от демократической партии Берни Сандерса, где прописан запрет на финансирование любых наступательных операций против Ирана.

Но что может сделать Иран?

Однако целый ряд военных и международных экспертов сомневаются в том, что нынешние события закончатся войной. Ситуация, по их мнению, продолжает иметь тот же характер, что и раньше. То есть представлять собою уравнение по меньшей мере с тремя неизвестными: политическим решением Тегерана на войну, политической волей США на войну и спонтанными действиями различных группировок, способных воленс-ноленс заставить обе страны воевать друг с другом. А из математики известно точно, что одно уравнение с тремя неизвестными имеет бесконечное множество решений.

В то же время решение таких уравнений существует: для этого нужно двум неизвестным придать произвольные значения.

Предположим, что одним из таких значений будет неукротимая жажда мести со стороны Тегерана. В чём она может выразиться? Любое ответное убийство американского должностного лица высокого ранга иранцами будет в Вашингтоне однозначно квалифицироваться как теракт. Да, с этим многие будут спорить, но мы все твёрдо знаем: у кого в этом мире контроль над мейнстримными мировыми медиа, над международными организациями и политическими деятелями ведущих стран — тот и квалифицирует любые действия противника в угодном себе ключе.

Собственно, Вашингтон и без того спит и видит — пуская слюни! — как Тегеран даёт ему повод объявить Иран международным террористом.

По той же причине не проходят возможные акции с нападениями на посольства и послов, со взрывами диппредставительств.

Что ещё может сделать Иран? Совершить прямое нападение на военные объекты США в регионе? Может, конечно. Особенно ракетное. Но значимые объекты вроде базы 5-го флота в Дохе или авиабазы Аль-Удейд в Катаре прикрыты очень серьёзно. И даже не от Ирана, а от России. Потому иранские, относительно примитивные для современной глобальной войны, средства нападения какого-то ужаснувшего американскую нацию ущерба им вряд ли нанесут. А от обстрела менее значимых баз — которые и сегодня, как мы видим, идут, — ни военного, ни пропагандистского эффекта, сколько-нибудь отмщающего гибель Сулеймани, не будет. Зато будет прекрасный повод для полноценного военного нападения США на Иран. С уничтожением, как и обещал Дональд Трамп, 52 важных объектов.

И в том, что США это смогут сделать, военные специалисты, сравнивающие боевой потенциал двух стран, не сомневаются. Как и в том, что защита Ирана, действительно вызывающая уважение, — падёт. Просто из-за статистически несопоставимого соотношения средств нападения и обороны.

Так что, если подходить к нынешнему положению вокруг Ирана с математической точки зрения, прямой войны между этой страной и силами США в регионе быть не может. Или Иран проигрывает по всем направлениям. В этом смысле возможность ввергнуть или не ввергнуть регион в войну является тем самым произвольным значением второго неизвестного. Возможно, как раз для этого и был убит генерал Сулеймани, чтобы дать, наконец, Вашингтону неоспоримый повод начать войну.

Но политика — не математика. В ней неизвестных намного больше чем три.

Цыганов Александр, tsargrad.tv

фото: US Navy / Globallookpress