Об экономическом рычаге и бессрочном протесте

Вот уже вторую неделю по всей России проходит массовая забастовка дальнобойщиков. Водители требуют отмены системы «Платон» для российских грузоперевозчиков, передачи системы в руки государства, отмены транспортного налога как дублирующего акцизные сборы, уже включенные в бензин - список требований дальнобойщиков немал и довольно конкретен. Корреспондент «Общественного контроля» посетил лагерь дальнобойщиков.

Для лагеря бастующие петербургские дальнобойщики выбрали участок на Московском шоссе, на котором без нарушений можно разместить не более 60 машин. В темном кузове одной из фур, который дальнобойщики используют как штаб и кухню, за чашкой чая Вадим Яцук, дальнобойщик с 20-летним стажем, рассказывает мне о лагере и о том, что сподвигло дальнобойщиков устроить итальянскую забастовку: «Всего в Питере стоит порядка 700-800 машин, и, конечно, разместить их все на одном месте физически невозможно, не говоря уже о том, что для того, чтобы поддерживать работоспособность большого лагеря, нужна инфраструктура - питание, туалеты. Так что здесь у нас демонстративная стоянка, своего рода штаб и центр обмена информацией. Место выбрано такое, чтобы проезжающие по трассе видели, что Питер поддерживает это движение».

В кузов то и дело заходят люди: водители грузовиков, журналисты, представители рабочих профсоюзов. Пока мы разговариваем, за стенкой грузовика шумит трасса «Москва - Петербург», и время от времени кто-то из сочувствующих водителей, проезжая мимо лагеря, давит на клаксон.

«Это люди нас поддерживают, - улыбаясь, говорит Вадим, - проезжают мимо и сигналят. Нас вообще поддерживают, продукты привозят. Люди понимают, что мы тут стоим, не только защищая свои личные интересы и что из-за повышения цен на грузоперевозки пострадают в конечном счете все».

Мой собеседник уверяет, что дальнобойщики пытаются не просто достучаться до власти, а хотят экономическим рычагом заставить ее пойти на выполнение требований частных перевозчиков, коих в стране 70%, и только 30% - это крупные компании, которым, конечно же, было бы выгодно, чтобы частников стало меньше - тогда они смогут спокойно делить рынок и диктовать свои цены.

«Вот смотри, как мы работаем. Напрямую я работать с заказчиками не могу, т. к. ему выгоднее сотрудничать с фирмами-однодневками, чтобы за счет этого экономить на НДС. В результате мой заказчик - это те самые однодневки, так что я, честный легальный перевозчик, платящий налоги, совершенно бесправен в части защиты своих интересов».

По словам Владимира Яцука, вопросы технического надзора решаются в Питере исключительно с помощью пары генералов. Ежедневно до 50 машин едут на криминальные штрафстоянки, откуда забрать машину стоит от 32 до 50 тысяч рублей. При этом квитанции - на две тысячи рублей, и никакого способа обжалования. Весовой контроль - та же история: заряженные весы, контроль просто невозможно пройти. Итог тот же: машину ставят на штрафстоянку, и вы платите 50 тысяч, чтобы ее оттуда забрать, а это - натуральный рэкет.

«Мы платим налоги как ИП, платим в фонды, платим акциз за топливо вместе со всеми, платим транспортный налог, который обещали отменить, когда вводили эти самые акцизы. Сейчас еще и «Платону» будем платить, причем деньги пойдут не государству даже, а неопределенной группе лиц, которую мы называем одним словом - «Ротенберги». Так что мы требуем, чтобы за Платон брали деньги только с транзитного транспорта зарубежных перевозчиков, которые у нас налоги не платят. И чтобы передали эту систему в ведение государства, а не коммерческой конторы», - сетуют дальнобойщики.

На вопрос журналиста о том, как вообще все это должно сработать, если нет никаких активных действий? Почему бы власти просто не переждать, пока у бастующих не закончится терпение? По словам участника акции Алексея Радькова, количество грузовых машин на базах в Петербурге уменьшилось на порядки.

«Я заехал на Невскую овощную базу - центральную овощебазу в Петербурге. Фур там практически нет, а те, которые есть, - в основном из Белоруссии - 70%,  5% - из Казахстана, так что база реально пустая по большим машинам. Нашел две дагестанских машины: в одной не оказалось водителя, в другой сидят два дагестанца. Спросил парней, почему они здесь и что происходит? Они говорят, что стоят там уже 5 дней, пришли пустые из Твери. Парни поддерживают забастовку, хотя их при въезде в Питер остановили на Ленсоветовском посту и заставили написать расписку, что они не будут участвовать в акциях протеста. Сказали, что пару дней постоят на машинах, оставляют их и уезжают в Дагестан, так все это надолго. На стоянке «Руслан» стоит еще порядка 80 рефрижераторов из Дагестана, водители тоже уехали домой».

На вопрос о реакции властей на их протест, участники смеются и показывают распространяемый через социальные сети профессионально смонтированный ролик, вышедший буквально через пару дней после начала забастовки. На экране мелькают картинки - одна страшнее другой, а диктор хорошо поставленным голосом вещает о том, что есть хорошие дальнобойщики, такие, например, как киногерои Сталлоне и Ван Дамма, а есть наши - российские, грязные, непорядочные, не желающие честно работать люди, ответственные за большинство аварий на дорогах и перевозящие в кузовах своих машин все, что угодно, вплоть до оружия и наркотиков и при этом получающие бешеные деньги.

Через несколько минут участники лагеря собираются на пустой платформе одного из грузовиков, где приехавшая группа пестрой молодежи дает небольшой концерт на барабанах в поддержку акции. Под революционные марши и кричалки участники забастовки кидают яйцами в идущие по Московскому шоссе фуры. В большей степени достается частникам и машинам крупных транспортных компаний вроде «Деловых линий», в меньшей - машинам торговых сетей. Иногда «прилетает» и спецтранспорту, например, мусоровозам. Устраивать в одиночку разборку со сплоченной группой дальнобойщиков желающих находится мало, так что, в основном, водители проезжают мимо, отчетливо матерясь и смахивая дворниками густые подтеки с лобового стекла.

В ответ на мой вопрос о том, как водители выбирают, кого шельмовать, Вадим говорит, что они против гражданской войны, террора и людской крови, но по отношению к водителям, не поддерживающим протест, настроены жестко и без лишних церемоний называют их штрейкбрехерами: «Они все знают, что происходит. Мы все общаемся на одном и том же сайте «АвтоТрансИнфо» и все сообщество в курсе ситуации. Каждый может позволить себе поддержать общее дело и просто встать на пару дней. Вместо этого люди добровольно соглашаются на рабские условия. В любом случае, закидать яйцами - это неприятно, но не более. Не камнями же».

По всей видимости, так же считает и полиция, патруль которой безучастно наблюдает за происходящим с противоположной стороны шоссе.

После короткого общения с водителями становится, с одной стороны, понятно, что на жесткую позицию в отстаивании своих интересов у них есть все основания, а с другой - остаются сомнения в том, что протестная акция, реализованная в таком формате, принесет реальные плоды. Вместо того, чтобы попытаться наладить диалог с участниками бессрочной акции по всей стране, власть явно пытается взять протестующих измором. В Дагестане лагерь бастующих пыталась окружить РосГвардия, в Питере полиция задержала Вадима Яцука и выписала ему пятисотрублевый штраф, РосКомНадзор начал блокировать приложение-рацию Zello, которой часто пользуются дальнобойщики.

Ситуация пока далека от разрешения. Между тем очередное увеличение платы за систему «Платон» назначено на 15 апреля - тарифы вырастут почти вдвое.