Изменит ли повышение МРОТ ситуацию с бедностью в стране?

10 января 2018 года Владимир Путин на встрече с рабочими и руководством Тверского вагоностроительного завода пообещал повысить МРОТ (минимальный размер оплаты труда) до уровня прожиточного минимума работающего человека с 1 мая нынешнего года. 

Сколько я себя помню, — сказал президент, — всё время говорили, что необходимо хотя бы уравнять МРОТ и прожиточный минимум. Но вопрос всегда упирался в недостаток бюджетных средств. Это как минимум несправедливо. 

Глава министерства труда Максим Топилин тут же взял под козырёк. Он пообещал, что с 1 мая МРОТ будет равен 11 163 рублям. То есть рост МРОТа по сравнению с январём 2018 года составит 17,5%, а суммарное повышение МРОТа в 2018 году — 43%.

Разговоры о таком повышении МРОТ велись очень давно. Владимир Путин совершенно прав, когда говорит, что слышал их, "сколько себя помнит". В прошлом году правительство обещало уравнять МРОТ и прожиточный минимум только к 1 января 2019 года, и вот теперь налицо значительные подвижки...

Нелишне напомнить, что законодательство напрямую запрещает устанавливать МРОТ ниже прожиточного минимума (статья 133 — 133.1 ТК РФ). Так что на протяжении многих лет наша исполнительная власть просто нарушала закон. Но это, как говорится, лирика. Никакая оппозиция — парламентская или непарламентская — с чиновников за это не спрашивает и спрашивать не собирается. Отговорка про бюджет и экономическую ситуацию всегда принималась как нечто само собой разумеющееся. Денег нет, а на нет, как говорится, и суда нет...

И вот теперь ситуация коренным образом меняется. Путин подчеркнул, что для того, чтобы провести необходимое выравнивание, нужна растущая экономика. И сам его факт должен хотя бы отчасти засвидетельствовать этот рост...

Однако насколько даже такое существенное повышение МРОТ способно значительно повлиять на ситуацию с бедностью в стране — гораздо более важный и сложный вопрос. Попытаемся разобраться.

Данные по числу работающих соотечественников, получающих зарплату на уровне "минималки", существенно расходятся. В начале 2017 года вице-премьер Ольга Голодец сообщила о 5 млн человек. В сентябре министерство труда называло совсем другие цифры — 900 тысяч. Но в любом случае проблему бедности в стране они описывают очень условно.

Если представить себе ситуацию, что в семье с ребёнком или тем более двумя-тремя детьми оба работающих родителя получают зарплату на уровне или даже чуть выше злополучного МРОТ, то такое домохозяйство всё равно окажется за чертой прожиточного минимума. Конечно, лишние две-четыре тысячи рублей будут им добрым подспорьем, но основной проблемы никак не решат.

С другой стороны, если в домохозяйстве один взрослый получает высокую зарплату, а другой — низкую, лишние тысяча-две опять же будут очень полезны, но в корне ситуацию не изменят.

Очень сильно разнится ситуация и по регионам, и по отраслям. Разумеется, для Москвы, Санкт-Петербурга, Западной Сибири зарплаты на уровне МРОТ — редкость и в целом нонсенс. Но уже во Владимирской области проблема стоит очень остро. Многие бюджетники, работающие в медицине и образовании, получаются здесь зарплату на уровне МРОТ, а иногда — через полузаконные схемы "совместительства", "неполного рабочего дня" и т. п. — даже ниже её. При этом местные власти постоянно заявляют о "борьбе с бедностью", но успехи их в этом деле остаются очень и очень скромными. За последние три года число людей, месячный оклад которых приближается к прожиточному минимуму, сократилось только на 2%. И у чиновников хватает совести отчитываться об этом, как о своём достижении. Схожую ситуацию можно наблюдать и в Белгородской, и в Ульяновской, и в Псковской, и во многих других областях Центральной России, Северо-Запада и Поволжья.

С другой стороны, реальную картину бедности в стране достаточно серьёзно размывают так называемые серые зарплаты в конвертах. Случается, что на бумаге человек получает свою минималку, но его реальный оклад — 20-22 тысячи (именно таковы самые распространённые заработки в большинстве регионов "коренной" России). Это, конечно, тоже совсем немного, но уже позволяет как-то строить домашний бюджет семье из трёх-четырёх человек с двумя работающими. Совсем не изобилие, но уже и не беспросветная бедность.

Особенно остро ситуация складывается в моногородах, где часто нет работы как таковой, и пенсионеры вкупе с работниками бюджетной сферы остаются единственными людьми, имеющими хоть какой-то стабильный доход. Как признавалась Марина Гусева, глава карельского города Надвоицы, получившего в прошлом году статус территории опережающего развития, "люди зарабатывают очень скромно, в том числе технический и обслуживающий персонал детских садов, уборщицы, санитарки. У нас 30-40% населения живут на минимальный доход — кто на пенсию или пособие, кто на бирже труда стоит. Народ вроде как и не буянит, все понимают, что сегодня тяжело, и терпят".

Конечно, повышение МРОТ до уровня прожиточного минимума сыграет свою роль в преодолении бедности в России. Но это только небольшой шаг на пути решения этой фундаментальной для нас проблемы. Шаг, давно уже необходимый — причём по прямому требованию законодательства, — но при этом никак не достаточный. Для того, чтоб он имел определяющий эффект, он должен быть увязан с целым рядом параллельных мер: повышением пособия по безработице (оно не росло в России уже почти восемь лет и составляет максимум 4900 рублей — меньше половины прожиточного минимума), усовершенствованием самих подходов к принципам начисления зарплаты, снижением налогового давления на зарплатный фонд предприятий и т. д. Экономисты-либералы говорят тут обычно ещё и о техническом перевооружении, повышении конкурентоспособности и производительности труда и других своих любимых рыночных темах, но каким образом нянечка в больнице или уборщица в детском саду могут повысить свою конкурентоспособность и производительность, остаётся только догадываться. Так что речь идёт, в сущности, совсем о других вещах.

Мы живём в государстве, которое заявляет себя как "социальное". Это базовый конституционный принцип России и он означает, что всё общество, а не только власть и государственные структуры, берёт на себя ответственность за незащищённых и обездоленных. Пока эта ответственность остаётся преимущественно лишь буквой Основного закона. Повышение МРОТ до уровня прожиточного минимума — важный, но совсем невеликий шаг в нужном направлении. Страна нуждается в куда более последовательной социальной стратегии.

Пока о такой политике остаётся только мечтать, мы всё же надеемся, что с первого мая этого года МРОТ действительно будет зафиксирован на уровне прожиточного минимума, и таким образом будет выполнено хотя бы одно из требований Трудового законодательства.

Полонский Андрей, tsargrad.tv