Роботы вторглись в госзаказ

Выявление и пресечение картельных сговоров является одним из приоритетных направлений деятельности ФАС  России. Найти картель совсем не трудно – достаточно зайти на любую торговую площадку,  немного понаблюдать, и станет ясно – торги с признаками сговоров – совсем не редкость. На снижение количества антиконкурентых соглашений направлены такие меры, как поправки в уголовный кодекс, предложенные ФАС.  Но пока новелла проходит необходимые административные процедуры, хоз.субъекты, шагая в ногу с современными технологиями, прибегают к помощи роботов.
В антимонопольном ведомстве констатируют: «цифровые» сговоры – новая реальность. Однако насколько передовые технологии помогают предпринимателям – вопрос спорный. С одной стороны, использование роботов экономит время и при определенных схемах поведения на торгах позволяет добиться минимального понижения в цене. С другой стороны - упрощает работу антимонопольщикам по выявлению картелей. Каждый шаг роботов, запрограммированный участниками сговора, оставляет следы в   цифровой среде, которые дополняют другие  доказательства в делах о картелях.


За теплотрассы в Ленобласти торговался искусственный интеллект

26 марта дело о заключении антиконкурентных соглашений было рассмотрено Ленинградским УФАС России. Ответчики – три компании, занимающиеся строительством и обслуживанием котельных, заменой теплосетей.  В поле зрения антимонопольщиков ООО «Инжстрой», ООО «Петростройналадка» и ООО «Котлотехника» попали по результатам мониторинга торговых площадок. Заподозрив сговор в шести аукционах с  участием этих компаний, ФАС России направила поручение в территориальный орган разобраться в ситуации. Областное управление, в свою очередь, запросив информацию по каждому участнику у торговых площадок,  налоговых инспекций, банков и интернет провайдеров, обнаружило еще 15 аукционов с признаками картельных сговоров.  В итоге получилось, что за 2017 год проходящие по делу хоз.субъекты  поочередно   одержали  победу в 21 аукционе с минимальным понижением начальной максимальной цены контракта (0,5-1%), получив заказы в общей сложности на 101 миллион рублей  (общее отклонение цены заключенных контрактов от НМЦК 0,78%). Во всех закупках заказчиками выступали администрации муниципальных образований Ленобласти.

Схемы, которые использовали ответчики по делу, не отличаются новизной. Две из трех компаний выходят на торги, но один из участников так и не делает ставки, что позволяет  второму участнику победить с минимально возможным снижением цены. Аналогичный вариант: компании делают по одному ценовому предложению, затем одна из них  отказывается от конкурентной борьбы (минимальная ставка в один шаг, которую перебивает второй участник, опуская цену еще на 0,5%. Итоговое отклонение  - 1%).

Однако в ряде торгов для установления ценового предложения  компании применяли аукционных роботов, заранее устанавливали шаг торгов и лучшее предложение по цене контракта, которое может сделать робот. Одна из схем позволяла снизить НМЦК на 1%, вторая схема, где  между собой «торговались» роботы конкурентов и делали  одновременно одинаковые ставки, позволяла победить со снижением в цене всего на 0,5%.

Такая картина  наблюдалось во всех аукционах,   где победителем становилась одна из трех подозреваемых компаний. В аукционах, в которых принимали участие и другие хоз.субъекты,  присутствовала конкурентная борьба с большим количеством ставок и сниженим НМЦК на 13-15%.

Где прокололись?

Конечно, незначительное снижение цены на торгах само по себе не свидетельствует о сговоре. Такое поведение запросто объясняется экономической целесообразностью. Данное объяснение имело место и в рассматриваемом случае. Компании-ответчики утверждали, что НМЦК контрактов и так излишне урезана и падать в цене даже на 5%  - это работать себе в убыток, - поскольку объекты находятся в весьма отдаленных районах региона, к затратам на материалы и работы прибавляются немалые логистические расходы.
И если подобные объяснения могут быть приняты антимонопольщиками, то факт того, что заявки подавались с одного ip-адреса, были созданы одним и тем же пользователем с разницей в 1-2 минуты, да еще и имели идентичное содержание – не нашли логичного и внятного объяснения. Даже стремление замаскировать одинаковые заявки, прибегнув к опциям программы «Word» в части использования различной заливки,  произвело обратный эффект. Со столь творческим подходом к оформлению внешнего вида заявок сотрудники Ленинградского УФАС еще не встречались. Тем более странно было наблюдать декорированные документы в одном аукционе.
В итоге, несмотря на, казалось бы,  полный комплект доказательств, дело было отложено. Антимонопольщики посчитали необходимым запросить дополнительную информацию, а также пригласить на заседание специалиста одной из компании, который занимался подготовкой заявок. Кроме того, антимонопольная комиссия  предложили компаниям добровольно признаться в сговоре, напомнив, что первый пришедший с повинной участник  картеля полностью освобождается от ответственности – штрафа и  возможного уголовного дела.

P.S.

Сговор сговором, но так ли страшно преступление на самом деле и где он,  ущерб, нанесенный государству?  Очевидно, что своими действиями указанные компании не препятствовали другим предприятиям принять участия в торгах. Об этом  свидетельствуют   аналогичные аукционы, в которых наряду с ответчиками активно торговались иные хоз.субъекты. Торги же, которые стали предметом данного антимонопольного разбирательства, не заинтересовали никого кроме ответчиков. И так уж страшен сговор в конкретном случае,  если при  ином раскладе – выйди на аукцион только одна из этих компаний, контракт был бы заключен и вовсе без снижения.  А так – экономия, пусть и минимальная, и без нареканий выполненные работы.

 

Саша Колесникова