Почему инфляция в США — это не только внутренняя проблема страны и как это отразится на нас с вами?

Методы борьбы с «коронакризисом» в США могут привести к неконтролируемому росту цен. Почему инфляция в США — это не только внутренняя проблема страны и как это отразится на нас с вами? Ответим на главные вопросы.

В чем проблема?

Стало слишком много денег.

Этот год стал рекордным в истории США по размеру финансовой помощи бизнесу и населению. Совокупный объем всех мер стимулирования составляет почти 30% ВВП, подсчитали в Bank of America.

«С начала «коронакризиса» Дональд Трамп подписал пакет мер почти на 3 триллиона долларов, который включал дополнительное финансирование системы здравоохранения, поддержку бизнеса, прямые выплаты американцам, а также временное увеличение пособий по безработице, — перечисляет директор по управлению частным капиталом General Invest Егор Изварин. — Сейчас конгресс США обсуждает новый пакет поддержки экономики объемом не менее 1 триллиона долларов, который, возможно, вступит в силу в сентябре и который включает прямые выплаты в размере 1,2 тысячи долларов на каждого американца с доходом до 75 тысяч долларов в год». Кроме того, этим пакетом будут предусмотрены различные меры финансирования и для бизнеса.

И возможно, этим дело не ограничится. Экономика США переживает самое резкое падение со времен Великой депрессии: ВВП США во II квартале этого года упал на 33%. «ФРС обещает использовать весь спектр средств в своем распоряжении, чтобы поддержать экономику, — от выкупа облигационных займов, в том числе низкого кредитного качества, до прямой раздачи денег и снижения налогового бремени для корпораций и населения», — говорит Егор Изварин.

Среди мер, которые ФРС уже приняла, можно назвать снижение ставки до 0—0,25% и обещание сохранить ее на этом уровне до конца 2022 года. А также беспрецедентную эмиссию денег в рамках в том числе очередного количественного ослабления. Никогда раньше «печатный станок» ФРС не работал с такой нагрузкой.

Денежный агрегат М2 (наличные деньги в обращении и депозиты) вырос с начала 2020 года на 20%. Для сравнения: годовой рост M2 не превышал 15% ни разу с 1981 года, когда ФРС начала публиковать подобные данные. «Будет справедливым сказать, что мы никогда не наблюдали такого высокого роста денежной массы, как сегодня», — заявил на днях главный стратег американского рынка акций Morgan Stanley Майк Уилсон.

В итоге в американской экономике сформировался так называемый инфляционный навес, когда денежная масса растет быстрее, чем ВВП. Рано или поздно этот навес рискует рухнуть, вызвав еще большее ослабление доллара и рост инфляции. По оценке старшего научного сотрудника Йельского университета и бывшего председателя совета директоров Morgan Stanley Asia Стивена Роуча, до конца года доллар может потерять до 30%. А то, что ФРС сможет контролировать рост цен, если обрушится «инфляционный навес», вызывает сомнения все у большего числа экономистов.

Почему же пока нет инфляции?

Деньги тратят не на то.

Дело в том, что на данный момент «напечатанные» деньги пошли или на биржу, или на депозиты, а до реальной экономики пока не дошли.

«Эмиссионные деньги всегда в первую очередь попадают на финансовые рынки, где можно получить доходность без необходимости развивать какой-либо бизнес, — объясняет директор по развитию в России TradingView Виталий Кирпичев. — Самый яркий пример — это фондовый рынок США, который, несмотря на рекордное падение американской экономики, масштабную эпидемию и локаут предприятий, продолжает уверенный рост. Это означает, что от вложения в акции инвесторы видят больше пользы, чем от инвестиций в средства производства».

От вложения в акции инвесторы видят больше пользы, чем от инвестиций в средства производства.

Что же касается денег, которые были розданы населению в виде пособий по безработице и различных субсидий, то они пошли или на покупку товаров первой необходимости, или «в кубышку» на еще более черный день. Сейчас норма сбережения в США составляет 19% от располагаемых доходов населения, что является весьма высоким показателем. Люди затянули пояса, спрос находится на очень низком уровне.

«Нормальный и стабильный рост потребления начнется только тогда, когда экономика слезет с дотационной иглы и пойдет развиваться самостоятельно, Когда пойдет органическое неуклонное снижение безработицы, — пишет инвестбанкир Евгений Коган в своем Telegram-канале bitkogan. — Когда точно — сказать трудно, это очень сложная, многофакторная модель. По моим оценкам, месяцев через 8—10. Возможно, чуть позже. Очевидно, после начала массовой вакцинации в большинстве ведущих экономик мира».

Огромная денежная масса, пришедшая на фондовый рынок, уже привела к формированию на бирже новых «пузырей». Любые «пузыри» несут угрозу убытка для инвестора. Но гораздо опаснее ситуация, если эти деньги окажутся на рынке продовольствия и начнут толкать вверх цены не на золото, а на то, от чего ежедневно зависит жизнь простых людей, предупреждает Евгений Коган.

Что происходит в США сейчас?

Цены начали расти.

Этим летом, после четырех месяцев дефляции, потребительские цены в США начали расти. По итогам июня инфляция месяц к месяцу составила 0,6%, что стало самым высоким показателем с 2012 года. Главным товаром, толкавшим индекс потребительских цен вверх, стал бензин, цены на который выросли на 12%.

В июле топливо продолжило дорожать (+5,3%), что вкупе с ростом цен на продовольствие привело к росту потребительских цен на аналогичные 0,6%. Это оказалось вдвое выше, чем предсказывали экономисты. В итоге базовый индекс потребительских цен, очищенный от цен на топливо и продукты питания, показал самый высокий рост с января 1991 года. В годовом выражении базовый индекс потребительских цен составил 1,6%, что, тем не менее, ниже целевого показателя ФРС в 2%.

«Инфляция в США сейчас набирает хороший темп, — говорит Виталий Кирпичев. — Во многом это связано с эффектом низкой базы, которая сформировалась благодаря обвалу внутреннего спроса в связи с пандемией. Если новый пакет поддержки будет реализован, можно ожидать инфляцию в 3% уже до конца этого года».

Если инфляция начнет резкий рост, кто от этого выиграет?

Список довольно длинный.

1. Сырье

Например, металлы. В первую очередь, конечно, золото: оно уже успело вырасти в цене с начала года более чем на треть, прежде чем немного сдать позиции. Долларовая инфляция делает выгодной покупку и других металлов — серебра, платины, палладия. При долларовой инфляции растут обычно цены и на нефть.

2. Развивающиеся страны

Повышение цен на сырье может положительно сказаться на росте рынков развивающихся стран, значительная часть экономики которых формируется как раз сырьевыми товарами.

3. Защитные валюты

Консервативные инвесторы будут перекладываться в стабильные валюты, получившие признание в качестве убежища. В первую очередь это швейцарский франк.

4. Американские компании-экспортеры

Те, чье производство расположено в США, а покупатели — за пределами страны, выиграют от более слабого доллара, поскольку себестоимость их товара снизится относительно продукции конкурентов из других государств.

5. Товары первой необходимости

Когда цены в магазинах начинают расти, потребители постепенно отказываются от товаров длительного пользования, чтобы иметь возможность покупать самое нужное для жизни.

6. Фармацевтика

Пандемия коронавируса и последовавший экономический кризис создали большую нагрузку на здоровье людей (в том числе психологическое), поэтому спрос на различного рода медикаменты будет расти.

7. Оборонный сектор

Новейшая история показала, что когда в Америке возникают экономические проблемы, вдруг обостряется ситуация в какой-либо горячей точке. Выгодополучатели известны: американский оборонный сектор и опять-таки нефть.

А кто проиграет от высокой инфляции?

В том числе и те, кто выиграет.

1. Развивающиеся страны

Да, они могут оказаться в обоих списках — проигравших и победивших. Да, рост цен на сырье окажет им поддержку. Но, например, ослабление доллара может привести к укреплению валют развивающихся стран, что негативно повлияет на их экономику. Достаточно посмотреть на Китай и на то, какие меры принимает эта страна, чтобы избежать укрепления валюты.

Кроме того, США могут «экспортировать» инфляцию в другие, прежде всего развивающиеся страны, о чем мы скажем чуть ниже. А военные конфликты, которые окажут поддержку американской оборонной промышленности, могут негативно сказаться на экономике тех стран (как правило, развивающихся), на территории которых произошли.

2. Малообеспеченные слои населения

Любой кризис бьет в первую очередь по самым слабым. Инфляция может привести не только к падению уровня жизни, но и к росту социальной напряженности и вызвать различные социальные конфликты.

3. Технологические компании, чье производство находится не в США

Если доллар начнет слабеть, то себестоимость чипов, микросхем и прочих компонентов, произведенных за пределами США, будет расти. Неамериканским компаниям-производителям придется или терять маржу, или переводить производство в более дешевую страну, что также чревато расходами.

4. Индустрия развлечений

И так тяжело раненная пандемией индустрия развлечений продолжит нести убытки в случае роста инфляции. Это один из первых пунктов в списке трат, которые вычеркивают потребители в случае роста цен.

К каким еще последствиям приведет инфляция в США?

Валютные войны и экспорт инфляции.

Роль американской экономики и доллара США в мире настолько велика, что рост цен в этой стране будет иметь далеко идущие последствия по всему миру.

Первое — это валютные войны. Мало кому из стран или регионов понравится, что доллар начнет укрепляться за счет их валют. «Если евро укрепится до 1,21 доллара и далее, убежден, европейцы начнут придумывать любые варианты для его ослабления. А вариантов много, — считает Евгений Коган. — Вполне возможно, мы с вами в ближайшее время улицезреем валютные войны. Америка, естественно, будет возмущаться и присваивать странам, защищающим свой экспорт, почетное звание «валютные манипуляторы». Более того, не удивлюсь новой щедрой раздаче санкций».

Второе возможное последствие — это экспорт инфляции. «США на протяжении многих лет занимаются тем, что принято называть «экспорт инфляции», то есть перекладывание проблем экономики США на другие страны, — говорит руководитель аналитического департамента AMarkets Артем Деев. — И выход из кризиса также Штаты совершают за счет других государств. Рост инфляции и ослабление доллара, снижение биржевых индексов вызовут те же процессы в других странах, которые критически зависят от доллара. США будут продолжать поддерживать свою экономику, удешевляя доллар и пытаясь переложить экономические проблемы на другие государства».

Как это отразится на России?

Не сильно.

«Экономика России, безусловно, зависит от здоровья финансовой системы США, но в части потребительского рынка мы наработали определенную независимость, — отмечает Виталий Кирпичев. — Годы санкций сыграли свою положительную роль. В этой связи Россия больше всего зависит не от инфляции, а от курса доллара США, за который мы продаем нашу нефть и газ. Слабый доллар не выгоден нашему бюджету, 40% доходов которого — это экспорт энергоносителей». Действительно, наши власти неоднократно говорили о том, что им не нужно сильное укрепление рубля, которое увеличивает дефицит бюджета. Впрочем, ситуация в российской экономике такова, что ослабление доллара не вызывает автоматически укрепление российской валюты.

«Для курса нашей валюты обесценивание доллара к другим валютам малозначимо. В нашем случае гораздо более серьезную роль играют сальдо торгового баланса и цена на сырье в мире, которая в свою очередь определяется спросом стран и корпораций», — полагает Егор Изварин.

Высокая инфляция в США — это неизбежность?

Вовсе нет.

Текущая инфляция все еще ниже таргета ФРС в 2%. И существует немало экономистов, которые уверены: угрозы гиперинфляции сейчас нет. «Инфляция выглядит как возвращение к норме на фоне улучшения экономики, а не как устойчивый тренд, который может привести к взлету потребительских цен», — говорит ведущий эксперт по международным рынкам «БКС Брокер» Оксана Холоденко. «Инфляцией пугают регулярно с 2008-го — и где та инфляция при подавленном массовом спросе и стагнирующих зарплатах?» — спрашивает директор по макроэкономике «Эксперт РА» Антон Табах.

«Разговоры о гиперинфляции как возможном результате монетарных стимулов являются несколько преувеличенными — так, последний раз инфляция в США превышала 10% в 70-х и 80-х годах, в то время как начиная с 90-х инфляция не поднималась выше 5%, а после глобального финансового кризиса и вовсе находилась в коридоре от 0% до 4%, несмотря на масштабные программы монетарного стимулирования, развернутые ФРС», — говорит портфельный управляющий по облигациям General Invest Алексей Губин. Происходит это потому, что эмиссионные денежные средства приходят первым делом в банковскую/финансовую систему, да так в ней и остаются.

«В последнее десятилетие деньги, «печатаемые» ФРС, шли прежде всего не в экономику, а на финансовые рынки, — обращает внимание Оксана Холоденко. — Это привело к многолетнему «бычьему» тренду на американском рынке акций. Так что налицо не инфляция в реальном секторе экономики, а инфляция фондовых активов. От этого выигрывают, прежде всего, «истории роста», то есть акции компаний, ориентированных на прорывные технологии. От ожиданий по увеличению инфляции также выиграли акции золотодобывающих компаний».

Вот и в этот раз деньги начнут течь — и уже текут — в разные активы, раздувая их стоимость, хотя и сокращая текущую доходность, полагает Антон Табах. «Деньги не смогут перейти из фондового рынка в реальный сектор, — говорит он. — Продолжится ситуация, которая была и до пандемии. Будут «надуваться» крупнейшие компании и ипотечные облигации, ибо они «право имеющие», а нулевые ставки будут подогревать эту ситуацию». По его мнению, мы продолжим наблюдать картину, сложившуюся до «коронакризиса», когда рост активов на фондовом рынке привел к постоянному увеличению имущественного неравенства в мире. В то время как индекс потребительских цен в США в обозримом будущем не превысит целевых 2%.

«Я думаю, что в течение достаточно долгого времени мы будем бороться с дефляционным давлением», — заявил на днях на пресс-конференции председатель Федеральной резервной системы США Джером Пауэлл. По его словам, рост цен на отдельные товары не может изменить общую картину. «Пандемия оставила значительный след на инфляции, — сказал Пауэлл. — В отношении некоторых товаров, в том числе продуктов питания, ограничения в сфере предложения привели к заметному росту цен. В широком смысле более низкий спрос, особенно в таких секторах экономики, как туризм, гостиничный бизнес, которые в наибольшей степени пострадали от пандемии, сдерживал потребительские цены, и общая инфляция сейчас намного ниже нашего целевого показателя в 2%». По его словам, дефляционное давление, связанное с катастрофическим падением спроса, сейчас просматривается по всему миру.

Что будет делать ФРС?

Пока ничего.

«ФРС США вряд ли будет принимать жесткие меры по борьбе с инфляцией, так как ключевая задача сейчас — вернуть экономику на траекторию роста», — полагает Виталий Кирпичев. По крайней мере, в ФРС уже заявили, что не планируют повышать ключевые процентные ставки до конца 2022 года. И не будут реагировать на краткосрочные всплески роста цен.

«Согласно базовому прогнозу регулятора, инфляция останется ниже 2% годовых даже в 2022 году, — говорит Оксана Холоденко. — Пока резкого пересмотра прогноза ФРС ждать вряд ли стоит. Сегмент гособлигаций США указывает на то, что в ближайшую пятилетку инфляция в среднем составит 1,8% годовых». К слову, это вдвое больше оценки, которая давалась в разгар кризиса (0,9%), однако текущие инфляционные ожидания не выглядят угрожающими, уверена Холоденко.

«Хотя есть сценарии, которые говорят, что рост инфляции доллара — это целенаправленная политика с целью сокращения госдолга на 40—50% в периоде до десяти лет», — указывает Егор Изварин.

Милена БАХВАЛОВА для Banki.ru