Цены на бензин в России решено заморозить. Что будет дальше?

Долгожданное – случилось. После ультиматума, который поставил нефтяникам премьер Дмитрий Медведев, на совещании с компаниями было принято решение заморозить цены на бензин в России на уровне лета 2018 года. Почему это решение означает перевод рынка на ручное управление и чего стоит ждать дальше?

Правительство продолжает в экстренном порядке решать проблемы на российском топливном рынке. После жесткого выступления премьера Дмитрия Медведева, который пообещал ввести запретительные пошлины на экспорт нефти и нефтепродуктов, стало понятно, что ситуация с ценами на бензин будет разрешаться в ближайшие два дня, отведенных компаниям на выработку решения.

Пожарные меры не случайны. Осенью ряд заправщиков стали отпускать цены на заправках вверх из-за роста оптовых цен на 10% в сентябре. Впереди замаячила перспектива очень серьезного роста цен на бензин из-за разморозки акцизов. Кроме этого, должен завершаться налоговый маневр, предполагающий рост налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ), также с 1 января 2019 года вырастет и НДС с 18% до 20%, что сразу же отразится на стоимости топлива.

Осознавая, что ситуация зашла в тупик, правительство придумало, как резко затормозить рост цен, который сегодня диктуется рынком. Вместо корректировок налогового маневра или снижения акциза кабмин решил перевести вообще всю отрасль на ручное управление и потребовал от компаний взять на себя все риски и расходы, но цены заморозить.

Вероятно, теперь мы не увидим резкого роста цен на заправках, однако госуправление ценами на бензин – крайне сложное мероприятие. Правильный ли способ выбрало правительство, каким будет рост цен и чего ждать в 2019 году?

Фейковые цены

Глобальное решение по российскому топливному рынку было принято поздно вечером 31 октября на совещании у вице-премьера Дмитрия Козака. В жесткой, но необходимой беседе приняли участие представители всех крупнейших российских топливных компаний: «Роснефти», ЛУКОЙЛа, «Сургутнефтегаза», «Газпрома», «Газпром нефти», «Татнефти», «Руснефти», ННК, Иркутской нефтяной компании и «Нового потока». Господин Козак кратко охарактеризовал повод собрания и причину, по которой необходимо не допустить роста цен.

Ссылки на то, что мы недополучаем доходы в связи с поставками на внутренний рынок, они не принимаются ни гражданами, ни другими экономическими субъектами, не могут быть приняты и политическим руководством нашей страны, – сказал вице-премьер.

Главный итог этого масштабного собрания – цены все же будут заморожены. Первое и самое основное: был поставлен барьер росту цен из-за высокой оптовой стоимости топлива для заправщиков. Нефтекомпании и независимые нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) взяли на себя обязательство отгружать на внутренний рынок топливо не по реальным, а по замороженным на уровне июня оптовым ценам. При этом поставки решено делать в объемах, на 3% превышающих уровень 2017 года.

Второе решение – с 2019 года рост цен на бензин все-таки будет. Однако по указанию правительства он не должен превышать уровень инфляции, то есть цены должны вырасти лишь на 3%.

Третье решение – с компаний снимают бремя увеличения поставок топлива на биржу. Вместо этого нефтяники должны продавать независимым АЗС топливо в опте по замороженной цене, то есть фактически по прямым внебиржевым контрактам.

Что все это значит? Проще говоря, до вчерашнего решения нефтяники и независимые НПЗ продавали на внутренний рынок топливо по актуальным ценам, теперь же они потеряют эту выгоду ради сохранения цены в опте. Речь идет при этом скорее о фейковых ценах, нежели о рыночно оправданных. В то же время, если бы темпы роста цены в опте сохранились, то с ростом акцизов, который запланирован правительством, цены могли вырасти на 5-7 рублей, и это не было бы потолком.

Зачем все это нужно?

Первый и самый основной ответ на этот вопрос – чтобы цены на заправках не росли. Однако сам по себе рост цен имеет сложную природу, в которой рыночная конъюнктура сильно переплелась с особенностями внутреннего российского рынка.

Так, «Роснефть» в ходе заседания у Дмитрия Козака призвала исключить спекуляции топливом со стороны независимых АЗС и трейдеров. Эта проблема существует в реальности, ведь именно частники не имеют собственных мощностей по переработке и покупают у крупных компаний топливо по оптовым ценам.

«Роснефть» предложила решить эту проблему, не только согласившись зафиксировать цену в опте. Компания выступила с предложением дополнительно закрепить результаты – обязать всех нефтяников перерабатывать 17,5% добытой нефти и отгружать ее на внутренний рынок, снизив при этом продажи на бирже. Топлива бы внутри страны становилось существенно больше, а значит, и цены бы не росли, причем это был бы рыночный механизм решения проблемы.

Однако, если господин Козак согласился с первым предложением о заморозке оптовой цены, то во втором, возможно, более действенном методе «Роснефти» было отказано. Впрочем, вице-премьер отметил, что этот отказ – не окончательный, вопрос еще будет прорабатываться.

Козак признал, что «Роснефть» в целом права, говоря о дестабилизации рынка, которая была вызвана спекуляциями. Между тем сегмент независимых топливозаправщиков в России очень велик.

«Ситуация была несколько искусственно расшатана, понятно, что денег много не бывает, каждый сегмент и участник рынка борется за свои доходы, и независимый розничный сегмент, который занимает 53% розничного рынка нефтепродуктов, выступает за снижение оптовых цен, может быть, даже не всегда оправданно», – сказал господин Козак.

Однако и участь независимых игроков тоже нельзя назвать завидной. Крупные нефтекомпании могли позволить себе держать цены на уровне 30 мая после договоренности о заморозке акцизов на бензин и дизельное топливо летом, однако частники, покупая топливо по оптовой цене, решили отыграться, повышая цены, чтобы обеспечить себе минимальную маржинальность. Альтернативой было и остается закрытие бизнеса.

Одно лечим, другое калечим

Сложившуюся ситуацию теперь очень просто можно охарактеризовать двумя понятиями. Первое – успех в заморозке цен на бензин. Второе – введение полного и тотального государственного управления ценами на топливо во всех сегментах. Совершенно очевидно, что это решение ляжет бременем на нефтяные компании, так как повысит убыточность рынка, добычи и переработки нефти.

Цены растут не только из-за рыночного удорожания. С 2019 года правительство размораживает топливные акцизы, которые летом были зафиксированы, чтобы не допустить роста стоимости топлива. Тогда это, действительно, помогло. Однако уже провозглашен возврат к прежней политике.

Параллельно с этим произойдет увеличение НДС до 20%, а этот налог напрямую влияет на цену бензина, которую мы видим в чеках после заправки. Наконец, будет продолжаться так называемый налоговый маневр в нефтяной отрасли. Будут снижать экспортные пошлины на нефть, а параллельно с этим – увеличивать НДПИ. Иными словами, налоговая нагрузка перемещена с экспорта на переработку нефти, что делает этот процесс более дорогим.

Теперь же вместо корректировки фискальной нагрузки на отрасль было решено под угрозой заградительного роста экспортной пошлины вынудить компании зафиксировать цены.

Как рассказал в интервью Царьграду ведущий эксперт Союза нефтегазопромышленников России Рустам Танкаев, введение ручного управления ценами на топливо отбрасывает российский рынок во времена социализма и несет большие угрозы для всех.

Это означает полный переход на ручное администрирование отечественного рынка топлива. Фактически это возврат к социалистической системе хозяйства. Компании вынуждены дотировать внутренний рынок за счет экспорта. Рынок при этом как был, так и остается неликвидным, продажи бензина и дизельного топлива на внутреннем рынке приносят убытки, причем огромные, – сказал эксперт.

По словам господина Танкаева, на внутреннем рынке в год продается 35 млн тонн бензина. Из этих 35 млн тонн получается примерно 300 млрд рублей акциза. Сегодня продажи этого бензина приносят вертикально интегрированным компаниям убыток в среднем в 2 рубля за каждый литр, что в конечном счете оборачивается гигантскими потерями.

«Фактически получается новый налог – на внутренний рынок. Последствия нового решения – полная остановка реконструкции НПЗ. Она и так тормозилась, а теперь ее и вовсе не будет. Объемы поставок на внутренний рынок теперь ограничены этим соглашением, то есть плюс 3% к уровню прошлого года. Если у нас потребление вырастет выше этого уровня, то взять дополнительные объемы будет просто негде. Никакого роста отрасли не будет, не будет и роста качества топлива. Наш внутренний рынок, таким образом, теряет всякие перспективы как по объему, так и по качеству», – отметил Танкаев.

По его словам, у нынешнего профицитного бюджета есть все возможности, чтобы не взимать акцизы на бензин и дизтопливо. Оба акциза эксперт оценил в 450 млрд рублей в этом году, то есть эта сумма в сравнении с доходами бюджета несущественная. Именно поэтому правительство легко могло бы отказаться от акциза, что сразу же выровняло бы цены, причем рыночным способом.

В то же время со второго полугодия 2019 года серьезно вырастет потребление топлива, напомнил эксперт. Это может привести и вовсе к возникновению дефицита. Следующим шагом правительства в этой ситуации будет требование от компаний поставлять на внутренний рынок все больше и больше топлива.

Таким образом, итоги заседания у Дмитрия Козака оказались двоякими. Не может не радовать, что цены на топливо все-таки не будут расти такими огромными темпами. С другой стороны, пытаясь локально навести порядок, правительство наносит удар по рынку, что может аукнуться дефицитом или новым ростом цен в 2019 году.

Вместе с тем «лекарство» остается прежним – снижение или отмена акцизов, которые вопреки здравому смыслу только растут. Если ничего не переделывать в налоговой нагрузке, то нефтяная отрасль страны столкнется с масштабным кризисом, и тогда уже при помощи нефтяных компаний проблемы решить будет невозможно, а население получит новый и более серьезный рост цен.

Кучер Егор, tsargrad.tv